Большая часть серии состояла из интервью и съемок «скрытыми» камерами. Создатели показали момент с заселения, где Шэнь поделился с Хару пластырем. Потом показывали, что у Хару все плохо с танцами, но он очень хочет партию с высоким вокалом. А потом… потом они вставили момент, где Хару выходит из комнаты после отбоя и идет заниматься. Но главный сюрприз — они показали и как Шэнь приходит в зал, как они о чем-то тихо говорят, сидя на полу, как пожимают руки и как Шэнь начинает учить Хару.
В серии не было практически никаких пояснений — на экране, поверх видеоряда, написали «Хару и Ли Шэнь говорили очень тихо, поэтому нам тоже интересно, что они обсуждали». Кажется, все в зале кинотеатра повернулись в сторону Хару и Шэня. Выглядела эта сцена реально как какой-то заговор, будто они планируют завоевание мира и уже поделили его пополам. Это все из-за манеры съемки шоу — некая легкая атмосфера таинственности прослеживается в постановке кадров и на монтаже, так что и банальные ночные разговоры начинают казаться чем-то значимым.
Но и это было не все — в часовой выпуск попал и разговор Хару с дедушкой, где он говорит о том, что их сосед тратит много воды. Звучало все вполне прилично, даже… как-то благородно. Словно Хару все устраивает, но есть одна деталь, которая немного портит его впечатление от шоу.
Финал второй серии заставил Хару удивленно переглянуться с Шэнем и Тэюном. Он окончательно перестал понимал, что творят организаторы.
Последние полторы минуты серии. Хару, Тэюн и Шэнь в своей комнате, Шэнь разбирает косметику на туалетном столике, решая, чем намажет своих приятелей. На кадрах видно, что четвертая кровать в комнате не застелена полноценно. Пустая тумбочка, нет никаких признаков, что кто-то там спит. А Шэнь перед нанесением маски заклеивает Хару царапину медицинским клеем «на всякий случай».
— Они… намекнули на драку? — удивился Тэюн.
— Судя по всему, — задумчиво ответил Хару. — Но давай об этом в спальне.
Тэюн понимающе кивнул. Многие в зале косились на них, Дэхён вообще буравил Хару ненавидящим взглядом, но близко не подходил. Поэтому они втроем максимально быстро ретировались в комнату и напрямую ввалились в ванную, даже не договариваясь ни о чем.
— В сериях было видно, кто с нами живет? — спросил Хару.
— Кажется, нет, — ответил Шэнь. — Я не уверен, что Дэхён появлялся на экране после того, как показали его выступление в первой серии.
— Списки расселения тоже не разглашали, — кивнул Тэюн.
— То есть, вроде бы людям не будет известно, что конфликт из-за воды был именно с Дэхёном? — уточнил Шэнь.
— Скорее всего — нет, — кивнул Тэюн. — Нас… нас с Хару не должны показывать в негативном свете, это договоренность организаторов шоу с актерским отделением агентства.
— Сохранение репутации? — догадался Шэнь. — Это логично для будущих актеров… Но… прямо так строго?
— Это же одно агентство, поэтому и строго, — пояснил Хару. — Сначала вложить в наше обучение деньги, а потом сделать злодеями? Слишком расточительно. Но… я не думаю, что скандал вокруг воды сделает нас злодеями… И все же…
— Это все равно не лучшая реклама, — кивнул Тэюн. — И что делать?
— А что мы можем сделать? — печально вздохнул Хару. — Остается только вести себя хорошо перед камерами и постараться не ввязываться в неприятности… особенно это актуально для меня. Мне иногда кажется, что я прибью Нобу.
Парни захихикали. Смысла дальше толкаться в ванной не было, поэтому они вернулись в спальню. Хару немного волновался. Не то, чтобы о собственной репутации, скорее… о том, что подумают бабуля с дедулей. Когда им в следующий раз дадут поговорить по телефону? Они могут беспокоиться…
Репетиции проходили в напряженной атмосфере. Солнышко-Нобу перестал сиять лживым добродушием и начал ныть. Он деланно переживал о том, что наставники теперь считают его недостаточно хорошим для дебюта, тут же — что он разочаровал зрителей. И демонстративно репетировал свои старые партии. Каждый раз, когда у него получалось (процент успеха — менее половины), он бежал к Хару и кричал:
— Слышал, слышал? У меня получилось!
Хару хотелось прикопать этого милашку где-нибудь… за сортиром. Но вряд ли Им Минсо будет участвовать в сокрытии убийства. Так что приходилось терпеть этот спектакль одного актера и практиковаться.
Наставники действительно убедили организаторов, что вступление лучше исполнить Хару, а бридж оставить Ноа. Правда, «сверху» пришло распоряжение, что тогда уж и «поджигать дождь» должен Хару. Еще была примерка костюмов. У них будут серые брюки и белые рубашки в каком-то старинном стиле — надеваются через голову, свободный покрой, у некоторых есть рюши на груди. Вариант Хару обещает был лаконичным, но подозрительно прозрачным. Под светом софитов он, кажется, будет немного «голым»… Когда он поделился опасениями с девушкой, которая выполняла примерку, она небрежно заметила, что голым он точно не будет выглядеть. А вот силуэт фигуры действительно будет хорошо видно.
Как он мог забыть? Фансервис же…
На выходных удалось снова поболтать с домашними, успокоить их, пообещать не ввязываться в драки.
