— Не топить, — возразила Минсо. — Это на будущее. Шоу только выиграет, если на нем будет свой маленький злодей. Если Пак Дэхён тратит воду просто из-за любви к чистоте собственного тела, то этот эпизод быстро забудется. Но, если он будет делать еще что-нибудь…
— То у нас уже есть затравка на то, что он — мерзкий тип? — догадался Ханбин. — Ладно, уговорила, это имеет смысл. Но давай поговорим не об эфире, а о гипотетической проблеме. Знает ли Хару, что ему могут навредить… в ванной?
— В смысле? — нахмурилась Минсо.
— В химическом смысле. Средство для депиляции в шампуне — это классика.
— О, Боже, — покачала головой Минсо. — Мне казалось, что современные дети предпочитают психологический прессинг… предупреди его. На всякий. И убедись, что Хару пока не попадет в одну группу с этим проблемным соседом. Сато Нобу ведь тоже вокалист?
— На главного не претендует, но да — вокалист.
— Вот пусть они в одной группе будут. Посмотрим, как главные красавчики смотрятся в кадре вместе.
Ханбин улыбнулся с предвкушением.
— Скажу, чтобы их поставили на «Set Fire to the Rain». Там партии разбиты на три сильных вокала и компанию. Вот Нобу будет компанией. Еще какие-то идеи?
— Нет, остальное я все тебе сказала. Парни уже на репетиции?
— Да. Хочешь посмотреть вживую? Запись… через четыре часа, — добавил Ханбин. — Я поеду чуть раньше, чтобы скорректировать, если вдруг что.
— Нет, я посмотрю итоговый вариант в записи.
Для репетиции и съемок выступления всех трейни повезли в студию, которая находится за территорией особняка. С утра сказали одеться в спортивную форму и взять минимум необходимым вещей, не забыть вешалку со «школьной формой» в которой они будут сниматься. Все это следовало подготовить заранее, еще до завтрака. Хару к комнате старательно наносил солнцезащитный крем под удивленным взглядом Ли Шэня.
— Вау, ты так боишься загореть… а я-то думал — как тебе удается быть таким бледным, — произнес он.
— Я от природы бледный, — печально вздохнул Хару. — И эта бледность имеет свои минусы: на летнем солнце я сгораю за считанные минуты. У меня начинает шелушится кожа, я весь чешусь и выгляжу так, будто у меня какое-то кожное заболевание.
Шэнь удивленно распахнул глаза, а Тэюн весело подтвердил:
— Это правда. Хару — вампир, на солнце только что не дымится. Кажется, если постоит минут пятнадцать, то даже паленым пахнуть начнет.
Хару недовольно цокнул и побрызгал Тэюна в отместку тем же, чем себя.
Крем дает лучшую защиту, он мажет его на лицо. Но еще есть спрей. Его — на уши и волосы. На тело удобно наносить крем с помощью стика. Хару понимал, что выглядит это… как минимум, странно, но чесаться ему не хотелось. Весь свой набор для борьбы с солнечными лучами Хару кинул в сумку, которое ему, как и другим трейни, подарили спонсоры шоу. Небольшие спортивные сумки от корейского бренда спортивной одежды, куда вмещалась запасная пара обуви, бутылка с водой, немного косметики и чехол с формой. Хару положил поверх сумки свою кепку, чтобы не забыть, и потом уже они втроем спустились в столовую.
И там их ждал первый сюрприз. Перестановка. Выдачу еды расширили. Раньше это был отдельный столик, где каждому парню вручали уже заполненный поднос, теперь это линия, как в школьной столовой. Еды стало больше как в плане выбора, так и в количестве.
— В честь окончания первого испытания нас решили нормально накормить? — удивился Тэюн. — Что там?
Подошли ближе. Вареные яйца можно брать самостоятельно, они в скорлупе. Но еще появился муль нанмён, это холодный суп с лапшой и кусочками мяса, он сразу разлит по тарелкам. Из закусок — кимчхи и крохотные пластиковые баночки с натто. Натто — это японские ферментированные бобы. В Азии их считают полезными для кожи, в агентстве Хару и Тэюну советовали есть их как минимум раз в неделю. Не всем они нравятся, потому что пахнут не слишком аппетитно. Чуть в стороне от всего этого великолепия лежали свежие овощи — листья салата, перья зеленого лука, морковь и дайкон, нарезанные брусочками. Рис можно брать в неограниченном количестве, как и яйца.
Первым желанием было набрать все… но ему нельзя объедаться, потому что скоро выступление. Поэтому он взял тарелку нанмёна, немного кимчхи и вонючие бобы, положил горку овощей, плюс рис. Шэнь и Тэюн, выложив на тарелку примерно такой же набор, ворчали о коварстве организаторов: если бы это был ужин, они бы набрали всего и побольше, но им же танцевать…
Парни в столовой восхищенно переговаривались, обсуждая обильный завтрак. В столовой словно общее настроение поднялось — все улыбались, восхищались и нахваливали супчик. Были, конечно, и недовольные. В условиях, когда всем выдают одинаково мало, худеть проще, конечно. Нет соблазна отказаться от диеты… Но Хару радовался, что может наконец-то нормально поесть. У бабули, конечно, нанмён и кимчхи вкуснее, но требовать домашней еды в общей столовой было бы глупо.
