- Я не могу быть беременной, - испуганно всхлипываю, листая заключение врача. - Так, и что тут у нас, - за спиной доносится мужской голос, и я обреченно прикрываю глаза. – Хм… - мощная рука со знакомой татуировкой перекидывается через мое плечо. Выхватывает бумаги. - Вы не подумайте, это не ваш ребенок, - поворачиваюсь к боссу. - У нас ведь ничего не было. Почти, - шепчу и сомневаюсь. – Это просто ошибка. - Судя по результатам УЗИ, все-таки было. И я знаю, что только со мной. Нашей «ошибке» шесть недель. Сроки совпадают. - Неважно. Я сама все решу. - Какую бы глупость ты не придумала в своей красивой головке, выбрось ее оттуда, - холодно чеканит. - Потому что у тебя теперь одна дорога… В ЗАГС. Со мной. - Но ведь у меня… жених. - Забудь! У тебя мой ребенок. Твой единственный жених - это я.
- Я не могу быть беременной, - испуганно всхлипываю, листая заключение врача.
- Так, и что тут у нас, - за спиной доносится до дрожи родной мужской голос, от которого кровь сначала стынет в жилах, а потом закипает и обжигающей лавой несется по венам. Я обреченно прикрываю глаза. – Хм… - мощная рука со знакомой надписью на итальянском перекидывается через мое плечо. Выхватывает бумаги.
Значит, мне не показалось? Если позади действительно… ОН… Сопротивляться бессмысленно.
- Вы не подумайте, это не ваш ребенок, - выпаливаю панически и поворачиваюсь к боссу, который задумчиво изучает мою медицинскую карту. - У нас ведь ничего не было. Почти… И не до конца. Это просто ошибка. Я пересдам анализы в другой клинике, - тараторю, хотя сомневаюсь в каждом своем слове.
Кроме Царева, больше некому быть отцом малыша, если он и правда реальный. Однако я до последнего надеюсь, что врач что-то перепутала.
- Не выкай. Поздно делать вид, что мы друг друга не знаем. Судя по результатам УЗИ, все у нас было, - озвучивает то, чего я дико боюсь, но именно это самый адекватный вариант. А я ведь так хотела вычеркнуть из памяти странную ночь, когда он чуть не стал моим первым мужчиной. Или… стал? – А нашей «ошибке» шесть недель. Сроки совпадают.
Невольно касаюсь пальцами плоского живота, провожу по нему недоверчиво. Неужели там кто-то есть?
Шесть недель… Совсем кроха, размером не больше горошинки. Живет, растет, развивается, чтобы превратиться в варвара. Такого же сильного, мощного, красивого, а еще… легкомысленного и непостоянного.
Схлестнувшись взглядами с Царевым, мы одновременно хмуримся. Я одергиваю руку от живота, а он скрипит зубами, заметив мой жест. Становится еще мрачнее.
- Неважно. Я сама все решу, - пытаюсь забрать документы, но пальцы соскальзывают – и я остаюсь ни с чем. Рома слишком крепко держит карту, будто для него это главная ценность.
- Какую бы глупость ты не придумала в своей красивой головке, выбрось ее оттуда, - холодно чеканит. - Потому что у тебя теперь одна дорога… В ЗАГС. Со мной.
Варвар отбивает каждый слог. Нет, он не делает мне предложение. И даже не приказывает. Хуже… Рома будто наказывает нас обоих за оплошность. Злится, что свободная, беззаботная жизнь оборвалась. Хотя и я не в восторге от ситуации.
Брак по залету с мужчиной, который ничего ко мне не чувствует, кроме физического влечения, как, впрочем, и к сотням других девушек, – это не то, о чем я мечтала. Наоборот, дико боялась подобного. Всю сознательную жизнь, пока наблюдала за отношениями родителей.
Если я беременна от бабника Царева, то повторю судьбу своей матери. До конца дней буду делить его с любовницами, как она – мужа. Разводиться и сходиться. До тех пор, пока не устану и не останусь одна.
Наверное, это карма. Бумеранг вернулся ко мне за грехи родителей.
- Но ведь у меня… жених, - напоминаю вкрадчиво, чтобы хоть как-то остудить его и оттолкнуть. Решаю умолчать о том, что с Ником у нас так ничего не было и… не будет. Хожу по лезвию ножа, потому что вижу, как сужаются синие глаза Ромы, а он сам напрягается, как зверь перед тем, как загрызть жертву. Короткой фразой я вызываю еще более страшную и разрушающую волну гнева.
- Забудь, - осекает резко и берет меня за руку. – У тебя мой ребенок. Это все меняет. Теперь твой единственный жених – я.
«В этом месяце звезды советуют вам полностью отдать себя любимому человеку. От этого зависит ваше будущее. Но именно вы должны, наконец, сделать первый шаг, которого давно от вас ждет партнер. Иначе рискуете…»
Отвлекаюсь от дисплея, где светится текст, который я, кажется, уже вызубрила наизусть. Мой персональный гороскоп. Сворачиваю приложение, однако не выключаю, потому что дико боюсь упустить что-нибудь важное.
Смахиваю со лба испарину. Жарко. И почему звезды выбрали именно июль? Но спорить с судьбой - себе дороже.
Спускаю тяжелые сумки со сгиба локтя, стараясь не шуметь слишком громко, и оставляю их возле закрытой двери с серебристыми цифрами «121». Потирая красные полосы на предплечье, оставленные жесткими лямками и ручками пакетов, я даю себе пару секунд, чтобы перевести дыхание и собраться с мыслями.
Сердце лупит в ребра, по ложбинке груди стекает капелька пота, а легкие горят. И причина не только в тридцатиградусной жаре, хотя я, конечно, едва не запарилась, пока добиралась сюда, на другой конец города. Но это все ерунда по сравнению с тем, как я волнуюсь. Настолько, что живот сводит судорогой.
- Соберись, тряпка, - рявкаю на себя. – От этого еще никто не умер. Вроде бы…
Прижимаю ладони к пылающим щекам, хлопаю по ним, чтобы привести себя в чувства. И уверенно тянусь к огромной кадке с раскидистым фикусом, что стоит в углу площадки. Сестра часто шутит, будто это растение способствует скорейшему наступлению беременности. И, словно издеваясь, выделяет мне место рядом с ним каждый раз, когда мы с отцом приходим в гости.
