— Могу. Если ты найдешь что-то, что отличается от твоей нынешней работы, но что может оказаться для тебя интереснее и увлекательнее.
Хороший ответ. А я уж подумала, что философ начнет мне перечислять все известные ему профессии из области юриспруденции.
«Наивная ты, милочка, как тот албанец из присказки. Ты знаешь человека всего-то ничего, а уже делаешь поспешные выводы о его умственных способностях».
— Возможно, но мне пока такого не попадалось.
— А если бы попалось?
— Если бы да кабы… Не знаю. Но для начала бы подумала, стоит ли игра свеч. Максим, откровенность за откровенность: а ты быстро понял в жизни, что тебе по-настоящему нравится и чем ты хочешь заниматься?
— Хороший вопрос. — Мужчина поставил недопитый фужер на стоящую рядом с диваном крохотную тумбочку. — Нет, не быстро. Хотя нет, я не совсем точен. Видишь ли, мое поступление на философский факультет было осознанным выбором. Не сиюминутным. Просто в нашем городе, а если быть точным в нашем университете, нет возможности заниматься просто исследованиями. Поэтому я и пошел преподавать. Ничего плохого сказать не хочу, преподавание мне тоже очень нравится. Но если бы мне предложили на выбор преподавание или исследования, притом на равных условиях по работе и зарплате, я бы выбрал второе.
— А есть где-нибудь такая возможность для тебя?
— Есть. В Москве, Питере или за границей.
— И ты до сих пор не уехал ни в одно из этих мест?
— Как видишь. Но планирую в ближайшем будущем.
Вот оно как. А что, молодец философ. Знает, чего хочет от жизни, и не останавливается на достигнутом. Не просто идеальный мужчина, но и образец для подражания. Пример того, что надо быть человеком целеустремленным, идти вперед, а не оглядываться назад или топтаться на месте.
«А еще, милочка, признай, что тебе сейчас очень даже взгрустнулось от мысли, что Максим твой ненаглядный может уехать. Пусть даже и не в другую страну, но в другой город. А он, похоже, из тех людей, кто если уж поставил себе цель, то пойдет к ней, невзирая на препятствия. Так что если бы и захотел уехать, ты бы, даже будь трижды умницей и красавицей, не удержала бы».
На мое плечо легла рука.
Я обернулась. Максим смотрел на меня ласково и с теплой улыбкой.
— Не расстраивайся, Танечка, — нежно произнес он. — Сейчас я никуда не уезжаю. Сейчас я здесь. Рядом с тобой.
Я улыбнулась в ответ и привалилась к его плечу.
— И это здорово, — промурлыкала я.
Какое-то время мы просто молча сидели на диване в обнимку.
— Может, фильм посмотрим? — предложил Максим.
— Давай, — согласилась я. — А какой?
— Любишь старые комедии?
— Люблю. Французские или итальянские.
— Отлично. Тогда сейчас включу.
— Подожди. — Я встала с дивана. — Сначала помою посуду. Я же обещала.
— Можно и потом.
— Потом будет неохота. Да и к тому же уговор дороже денег.
Мужчина рассмеялся.
— Как скажешь, сыщик ты мой ненаглядный.
Я тоже рассмеялась и ушла на кухню.
Эти выходные тоже пролетели легко и беззаботно. Как и на прошлых, о работе я не вспомнила ни разу.
Нет, вру. Вспомнила. В воскресенье вечером. Разумеется, на ночь я осталась у Максима и уехала от него где-то в полдень или чуть позже. Больше мы не говорили о работе, ни о моей, ни о его. Да и зачем? У нас и так постоянно находились довольно интересные темы для бесед. Да и, уж буду честной, мы не только говорили да кино смотрели.
Уже вечером воскресенья я все же вспомнила про дела свои детективные. Завтра с утра съезжу ко второму Маркину. Хотя я была более чем уверена, что и этот окажется не тем, кого я ищу. Но для очистки совести съездить надо. Чем черт не шутит? А уж потом можно заняться и покойничком. И им, и тем, кто себя за него выдает.
Поэтому утром я снова встала пораньше, села в машину и отправилась в путь.
Поселок оказался дальше, чем деревенька Белый родник, в которой проживал Маркин номер один. Надеюсь, номер два не окажется пьянчужкой и не будет валяться где-нибудь под забором с утра пораньше. Это только кажется, что с пьяницами разговаривать проще, чем с трезвенниками. Пьяница пьянице рознь. Некоторые включат режим сверхважности или, пока стакан им не поставишь, даже и не посмотрят в твою сторону.
Но мне повезло.
Второй Маркин оказался довольно приличным человеком. Но то, что это не искомый объект, я догадалась, едва увидела его. Под описание, данное Петровским, второй совершенно не подходил. Высокий и широкоплечий мужчина в больших очках, выглядевший как типичный житель деревни.
На момент моего прибытия он загружал что-то в свою машину — видимо, я поймала его на пороге.
На мои вопросы Маркин ответил вполне доброжелательно — ему я тоже сказала, что ищу дальних родственников. Но его отец до сих пор жив и здравствует. В этом году отметил семидесятилетие.
Что и требовалось доказать.
Оставался последний Маркин, житель Тарасова, ныне покойный.
Вернувшись к себе в офис, я достала бумажки с данными из адресного бюро. Что ж, час пик миновал, можно съездить. Лесной переулок у нас действительно находился на самой окраине. Ладно, испытаем удачу.
