Потом я вспомнила, что сегодня собиралась увидеться с Дашей Кривцовой. Особой бодрости мне это не добавило. Радости, кстати, тоже.
Посмотрев еще раз свои записи, я поняла, что если я захочу увидеться с подругой Алены, то лучше мне минут через двадцать-тридцать выдвигаться из дома.
Я выпила чашку кофе, потом таблетку и начала собираться. Я не раз слышала, что кофе с лекарствами — плохое сочетание. Так даже врачи говорят, но мало ли что они говорят. Тем более что я не злоупотребляю.
Когда я подъехала к техникуму, головная боль практически отступила, но состояние все равно было слегка разбитым.
Я посмотрела на часы. Ого, я приехала даже раньше. До конца пары оставалось еще около двадцати минут. Можно взять еще стаканчик кофе в ларьке поблизости и посидеть в машине.
Сегодня время ожидания казалось мне до невозможности бесконечным. Будто растянутым в пространстве.
Блин, как же я пойду на свидание к Максиму?
Я посмотрела на себя в зеркальце. Макияж я успела наложить, но самый поверхностный. Поэтому отражение меня сегодня не порадовало.
Свет мой, зеркальце, скажи… Кто сегодня не спал полночи из-за долбаных соседей-скандалистов?
Даша вышла чуть раньше — минут через двенадцать. Едва завидев ее, я пулей выскочила из машины. Вытащив длинную тонкую сигарету, девушка закурила. Да уж, Алена, не подвластная этой вредной привычке, подбирала себе курящих подружек, приятельниц и кавалеров. Я ожидала, что сейчас набегут Дашины одногруппники, но, на мое счастье, она стояла в гордом одиночестве. То, что мне и надо.
— Здравствуй, Даша, — сказала я, подойдя к ней.
— Здравствуйте, — кивнула девушка. — А мы с вами знакомы?
— Нет. Я — частный детектив, Иванова Татьяна Александровна.
— Вот как, — девушка усмехнулась. — Прямо-таки настоящий частный детектив?
Похоже, Кривцова — полная противоположность своей бывшей подруги. И чем-то даже похожа на меня. За словом в карман не лезет. Неудивительно, что в своей группе она стала старостой. Да и в школе была знаменитостью.
— Вот, — я достала из сумочки документы. — Можешь убедиться.
Даша посмотрела и отдала обратно мне.
— И что же от меня понадобилось частному детективу? — весело поинтересовалась она.
— Я хочу поговорить о твоей подруге Алене Рахимовой.
— Бывшей подруге, — поправила меня девушка. — Мы давно не общаемся.
— Но ведь общались когда-то?
— Да, и довольно долго. А что, с ней что-то случилось?
— Нет, с Аленой все в порядке. А вот ее младшую сестру убили.
— Карину? — глаза Кривцовой округлились. — Господи, ужас-то какой. Кто? За что?
— Вот это я и хочу выяснить.
— Я даже не знаю, чем вам помочь. Карину-то я мало знала. Так, видела в школе. Ну и еще несколько раз, когда у Аленки дома была. А так мы даже не общались толком.
— Понимаешь, Даша, есть подозрение, что к этому мог быть причастен кто-то из знакомых Алены. Не ты, конечно, — поспешила заверить я.
— Еще бы. Я — человек миролюбивый, и меня очень трудно разозлить.
— Расскажи, пожалуйста, о знакомых Алены. О людях, с которыми она чаще всего общалась.
Кривцова хмыкнула.
— Таких людей — раз-два и обчелся. В универе она с двумя девчонками дружила. Одна — ее одногруппница, Юлька. Я ее немного знаю. Вторая вроде с филфака или с философского. Не помню, как зовут. В круглых очках и с косичкой. Парень у нее был, Вадик. Может, конечно, и сейчас есть, но не удивлюсь, если они разбежались.
— Ты угадала.
— Неудивительно. Аленку мало кто может вытерпеть.
— Такой сложный человек?
— Именно. Часто ходит с такой кислой мордой, что у самого заядлого оптимиста настроение испортится. Вся из себя бедная, несчастная, никто ее не понимает. Я долгое время жалела ее. Да и сейчас жалею, если честно, — призналась девушка.
— Почему?
— Да потому что Алена действительно очень несчастный человек. Зациклилась на своих обидах и проблемах, ничего хорошего в жизни не хочет видеть. Когда она с Вадиком начала встречаться, то немного повеселела, даже почти не ныла. Я тогда порадовалась за нее, думала, наконец-то у нее все наладилось. А потом что-то ей в голову стукнуло, и все пошло по-новой.
— Вы из-за этого перестали общаться? — аккуратно спросила я.
— Да. — Даша выбросила в урну бычок. — Просто однажды я не выдержала и высказала Алене все, что о ней думаю. Даже наговорила ей грубых слов. И сказала, что лучше уж общаться с занудами и придурками, чем с таким вечно унылым говном, как она. Да, я перегнула палку, о чем потом жалела. Но зато сказала честно. Просто накипело тогда.
— И с тех пор вы не общались?
— Нет.
— А когда это случилось?
— В начале марта. Как раз перед праздником.
— Скажи, Даша, а у Алены не было знакомых с криминальным прошлым? Ну или каких-нибудь сомнительных, подозрительных личностей?
Девушка слегка призадумалась.
— Нет. По крайней мере, я таких не знаю. Понимаете, Алена не больно-то подпускала к себе людей. Сначала как бы просеивала их, прогоняла через собственные фильтры. И решала, дружить с ними или нет. Да не то что дружить, а даже общаться.
— А теоретически у нее такие знакомые могли быть?
