И теперь болтались возле белого карлика, жизни никакой ожидаемо в этой системе не было, жесткое излучение просто не оставляло шансов. Выпущенный маяк с связался со станцией, и оказалось, что прыгнули мы больше чем на две тысячи световых. На носителях такое расстояние без промежуточных маяков даже за десяток прыжков не преодолеть, при максимальном ресурсе в двадцать, так что поддержки ждать не приходилось. Зонды связи тоже были бесполезны, без промежуточных узлов.
Казалось бы, чего проще, вернись обратно, и готовься лучше. Вот только кристалл, самый первый в ряду, означающий мир Рурри, стал тоже неактивным, и надпись возле названия системы была точно такая же, как и про центральный. А даже если бы и был, гипер-кольцо само оказалось выключенным. Двухкилометровый бублик тускло сиял при максимальном приближении, выводил текущую общую дату, но реагировать на карточку отказывался.
– Марк, кажется, я понял, – Пашка по жизни оптимист, так что не унывал, – это квест.
– Какой еще квест? – несколько сотен зондов, выпущенных в системе, пересылали первые сведения. Возле звезды вращались две планеты – по одной орбите, только на разных полюсах. Вращались быстро, за земные сутки делая полный оборот. Одна планета вращалась чуть быстрее, и через три-четыре миллиона лет расстояние между ними станет достаточным, чтобы разорвать обе планеты гравитационными силами. В миллиарде километров от белого карлика ледяной гигант с развитой системой колец и спутников, похожий на Уран, неторопливо перемещался вокруг него, очень неторопливо. Практически висел на месте. Сто пятьдесят земных лет на один оборот.
– Смотри, – Громеш-младший отобрал у меня карточку, остальные с интересом прислушивались и приглядывались. – Тут одиннадцать кристаллов, первый – вход, последний – выход. Мы не можем выйти через вход, это против правил. И мы не можем дойти до выхода, пока не пройдем все этапы, вот эти девять камушков.
– Это любимая игра вашей реальности? – спросил Кир.
– Примерно, – кивнул я. – По сути, мы так живем. Ну а дальше-то что?
– Как что, – Пашка даже головой помотал, мол, ты чего тупишь, – мы должны пройти каждый этап, каждый уровень. Только обычно начинают с самого легкого, первого, а ты выбрал пятый.
– Логика в этом есть, – Тодин потряс руками, уничтожая следы жира и соуса, и взял следующий бутерброд, – старые вирт-игры тоже вроде вот так были устроены. Сейчас, правда, никто этим не увлекается, но когда-то давно народ было из капсул не вытащить. А во внешних мирах и сейчас такое безобразие творится.
– Хорошо, – я отобрал у Пашки карточку. – Если это квест, где задание?
– Да как где! На предыдущем уровне, наверное.
– Спасибо, Паш, ты мне очень помог.
– Он хоть чем-то помог, – Элика теперь была на стороне любого, кто был против меня, или хоть в чем-то со мной спорил. – А ты, командир, чем займешься?
– Лягу спать, – решил я. – Зонды через сутки обследуют систему, а лезть куда-то без подготовки я не люблю. Вас не заставляю, можете на штурмовиках вон полетать, или на мечах посражаться, а мне нужен полноценный двенадцатичасовой сон, и желательно в одиночестве.
Рыжая и блондинка синхронно фыркнули. Вот и ладушки, на самом деле спать столько необходимости нет, полчаса-час в сутки вполне обеспечивали необходимый отдых и восстановление, но раз командир сказал – тихий час, значит, тихий час.
Свое же решение я выполнять не стал, действительно, если столько спать, всю жизнь проспишь, заперся у себя и установил связь с основным ИИ Эсминца и вспомогательными, в том числе установленными на штурмовиках. Они и так общались пакетами, обьединенные в общую сеть, но теперь еще и на меня работали, вместе с модулем. ИИ эсминца получал пакеты от зондов, остальные их обрабатывали, каждый со своей спецификой, и постепенно начала вырисовываться какая-то картинка.
Когда-то давно в этой системе произошло сражение. Обломки, вписанные в кольца местного Урана, вращались вместе с ними, по параметрам вращения, разлета и прочим данным удалось реконструировать события очень-очень древних времен. Главный ИИ определил примерную дату, сто шестьдесят тысяч лет назад. Система наверняка была необитаема, но остатки станций, добывающих комплексов, практически целый комплекс переработки на одном из астероидов четко указывали на местную активность. Которую сто шестьдесят тысяч лет назад что-то резко прервало. Судя по следам стычек, даже сопротивления не было, вторгшийся в систему объект методично уничтожал одно творение человеческих рук за другим. Почему я это знал?
