Тёмный смерч продолжал гулять по лесу. Он выполнял двойную функцию: уничтожал тенебрисов и расчищал местность. Деревья быстро рассыпались пеплом, соприкасаясь с потоками дымчатой субстанции, как и мелкие существ. А вот двум лацертам и четырём каким очень уж прочным беллатором всё-таки удалось прорваться сквозь, но они легли под ударами копий тьмы. Попутно я покромсал лезвиями двух драконов, которые оказывались над нашими головами.
И тут крупный чёрный сгусток вылетает из тумана, проносится над нашими головами и колонной машин и падает где-то за дорогой. Следом летит ещё один. Третий упал левее, образовав воронку рядом с одним из «Носорогов». Похоже, подползли каракатицы, вот только находились они слишком далеко, и я не видел их. Зато в тумане показались бугристые силуэты толстопузых четырёхруких магнусов. Вот этих ребят подпускать к колонне точно не стоило.
Танковое орудие было обращено в их сторону. Оно то и дело бахало, выпуская во врага снаряды с рубрумитовыми сердечниками, но пока я не замечал результатов. Танкистам приходилось рабоатать без всякой электроники, и это сильно снижало меткость.
Я крикнул своим, чтобы они продолжали обороняться, велел Каштанову подержать «убийцу тьмы» (у отделения имелся штатный рассеиватель, но не очень большой), а сам убрал смерч и, обратившись в дымку, перенёсся вперёд. Повторил пространственные скачки ещё пару раз и оказался в тумане. Магнусы были совсем близко, а за ними среди деревьев виднелись две каракатицы, что ползли напролом, шевеля десятками щупалец.
Сейчас эти громады уже не являлись для меня проблемой. Большие копья тьмы легко прожигали туши монстров. Их животы разверзались, внутренности вываливались наружу, и толстяки один за другим грузно падали на землю.
Когда шесть ближайших магнусов были уничтожены, пришла очередь каракатиц. Я переместился поближе к ним и прожёг копьями обоих, а потом ещё и третью, что плелась последней. А чтобы мелкие не надоедали, снова создал смерч, но на этот раз я находился в центре. Ни одна тварь не могла приблизиться ко мне и на двадцать шагов. В прах рассыпались и монстры, и сухие деревья, и лишь одно было плохо: сквозь круговерть чёрных вихрей я почти не видел ничего вокруг.
Но едва смерч пропал, я сразу понял, что атака ещё не закончилась. Через лес прямиком ко мне на огромной бестии скакало безликое четырёхрукое существо. Двумя руками оно держалось за загривок ездового монстра, а в двух создавало магические сгустки заострённой формы, похожие на копья тьмы. Следом за этой тварью, не сильно отставая, бежали на своих двоих десяток рослых беллаторов второй стадии, вооружённые обычными копьями. Левее мчался ещё один пастырь в сопровождении четырёх мега бестий величиной с легковой автомобиль и стольких же беллатора.
Мелких тварей почти не осталось, и в бой вступил главный резерв. Ослабленные долгой схваткой владеющие могли не выдержать такого натиска, но у меня сил ещё были, а значит, остановить могучих тварей должен я.
Ко мне поскакал монстр, которого сопровождали беллаторы, второй со своим отрядом помчался прямиком к колонне. Пришлось сосредоточиться на первом.
Действовал я по старинке. На четырёх беллаторов с копьями напустил дымчатых змей, которые, опутав их, стали разъедать плоть, а в верховую бестию направил одновременно два копья тьмы. Эффект оказался ожидаемым: раненый четвероногий монстр споткнулся и покатился по земле, а пастырь слетел с него, но тут же вскочил и метнул в ответ свои магические снаряды. Те встретились с защитной пеленой и цели не достигли.
Пастырь оказался магом: он не стремился драться со мной врукопашную, а швырял дымчатые снаряды, оставаясь на расстоянии. Это радовало. Я не любил рукопашные бои, в которых приходится постоянно получать чем-то тяжёлым по башке и другим частям тела. Сам я мог разве что дать кулаком по морде, а вот фехтованием не занимался никогда. Да и лишняя беготня с уворотами и уклонениями не доставляла большого удовольствия.
Совсем другое дело — беллаторы, следовавшие за своим командиром. Они бежали прямиком ко мне, очень быстро сокращая дистанцию. Четверых нейтрализовали чёрные змеи, осталось шесть. Трое остановились, метнули копья. Промахнулись и помчались дальше. Другая троица в это время уже почти добрались до меня.
Создаю одно за другим лезвия тьмы и режу подбегающих монстров. Это останавливает беллаторов, они пытаются напасть, но получают удар за ударом и раненые отскакивают назад. Ошпариваю их тёмной волной и продолжаю рубить. Опять волна, и снова лезвия. Очень быстро покрытые шрамами твари валятся с ног. А те, кого обвивают змеи, мечутся, размахивая лапами, пытаются высвободиться, но не могут, и тоже падают, разъедаемые тьмой.
И вот мы остаёмся один на один с пастырем. Копья тьмы летят в меня, но либо растворяются в защитной завесе, либо мажут. Я запускаю такие же снаряд. Эта перестрелка, кажется, продолжается целую вечность. Мы стоим и долбим друг друга магией. Кто быстрее ослабнет, тот и проиграет.
