— Тебе нужно отдохнуть. Надо найти время и позаботиться о своем теле. Кроме того, ты должен подготовиться к великому испытанию индейца.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Тебе предстоит подготовиться к тому, чтобы найти себя наедине с природой. Только так ты найдешь себя. С этого момента мы начнем работать над теми вещами, о которых ты еще не знаешь. К ним относятся и целебные камни. А пока что я их подготовлю.
— Ты хочешь, чтобы мы куда-то пошли?
— Да, нужно отправиться в одно место, но ты сделаешь это один. Никто не должен сопровождать тебя. Только при неблагоприятной ситуации твое тело начнет открывать то, что тебе неведомо.
— Но у меня была операция по пересадке, и я не могу…
— У тебя сердце избранного индейца, и ты сможешь. Я уверен в том, что ты сможешь… Это будет в конце следующей недели. В пятницу ты отправишься в уединенное и отдаленное место, чтобы найти самого себя и понять свою суть. Если ты выдержишь, то в понедельник вернешься, зная, кто же ты на самом деле, и мы отпразднуем это событие.
— Это невозможно. Мои родители не поймут, если я не вернусь в воскресенье вечером.
— Хорошо, времени хватит. Теперь тебе следует подготовить свое тело. Оно должно быть в отличном состоянии. Тебе нужно заниматься спортом и правильно питаться. Все остальное сделает твой мозг.
Новая неделя началась для Лукаса беспокойно. Ему предстояло пройти первое медицинское обследование после выхода из больницы, и одна лишь мысль о возвращении туда выводила юношу из себя. Единственное, что могло привлекать его в посещении больницы, — это возможность снова увидеть Ориану, но, увы, опять в качестве пациента. От воспоминаний о недавнем прошлом у Лукаса портилось настроение. Ему хотелось забыть об этой странице своей жизни, но обстоятельства складывались так, что ему приходилось постоянно вспоминать о своем пребывании на больничной койке. Именно поэтому Лукас уже с утра чувствовал себя несколько подавленным и озлобленным. Он злился на весь мир, и не было никого, кто мог бы нормально общаться с юношей. Родители Лукаса договорились с доктором Аметльером о том, что они с сыном придут в больницу в начале этой недели. Хавьер, отец юноши, за завтраком сообщил ему о том, что следующий день, вторник, кажется ему наиболее подходящим для посещения больницы. Лукас пробормотал что-то себе под нос. Любой день недели казался ему неподходящим для этого визита.
В понедельник юноша явился в институт с самым серьезным видом. Отсутствие на занятиях его друга Лео только подливало масла в огонь, делая день еще хуже. Лео оставалось еще несколько дней до истечения срока временного исключения после того, как это решение было принято на педсовете. Стычка с Хосе Мигелем обернулась неделей отсутствия в институте.
Занятия шли своим чередом, и, в отличие от других дней, было незаметно, что группа разделена на два лагеря. Дон Густаво решил воспользоваться этим и, объясняя новый материал, объединил свои излюбленные темы — литературу и проповедование ненасилия. Педагога очень беспокоила нетерпимость, возникшая между двумя группами учащихся, и во время отведенных ему расписанием двух часов дон Густаво говорил о Шекспире, о Монтекки и Капулетти, которые, кроме всего прочего, сделали невозможным счастье Ромео и Джульетты.
— Получив задание прочитать это классическое произведение, — сказал он менторским тоном, — вы наверняка подумали, что речь идет просто о любовной истории. Однако в основе повествования лежит осуждение нетерпимости и ненависти, которые, являясь мощной силой, определяют в конце концов судьбу возлюбленных. Кто-нибудь может сказать мне о том, в каком итальянском городе произошла эта история? — Преподаватель посмотрел на учащихся, ожидая увидеть чью-нибудь поднятую руку. Он уже собирался повторить свой вопрос, когда Сильвия выразила готовность ответить. Преподаватель попросил ее громко произнести название города.
— Думаю, что в Вероне.
