Хэмингуэй прошёл через всю гостиную и увидел ещё одну свечу, она горела на кухне. На большой кирпичной печи стояла жёлтая свеча. Кухня пребывала в запустении. Утварь и столовые приборы были разбросаны тут и там. Лис быстро преодолел пространство кухни. Он увидел спуск в подвал в конце недлинного коридора за кухней. В подвале явно горел свет. Повинуясь непонятному Хэму стремлению, он ступил на старые ступени и начал спускаться вниз. На скрипучей лестнице в изобилии имелись пыль и грязь. По старым ступеням Хэм попал прямо к подвальной двери. Она была приоткрыта, из-за неё струился мягкий прерывистый свет. Лапой лис полностью открыл дверь. Ожидаемого скрипа при открывании практически не было, а вот затхлый и сырой воздух обдал Хэма с головы до ног. Запах пыли и крови ударил в чуткий лисий нос. Всё внутри лиса говорило ему не ходить в подвал. Но разум почему-то подсказывал Хэмингуэю не слушать сердце. Лис осмотрелся, поднял зубами небольшой крепкий камень и положил его под нижнюю петлю двери, в проём у косяка. Таким образом, дверь внезапно не захлопнется. Этому трюку его научил хозяин. Лис осторожно вошёл в помещение подвала.
В подвале было тепло и сыро. Хэмингуэй вошёл в основную комнату подвального этажа. У ближней стены, слева от лиса возвышались нестройные ряды маленьких деревянных бочонков. Содержимое этих бочонков уже давно выветрилось, и лишь кислый запах висел в углу, где они стояли, окутанные пыльной паутиной. Посреди основной комнаты расположился большой, не слишком искусно сделанный, деревянный стол. Доски столешницы были пропитаны кровью, запёкшаяся кровь покрывала так же поверхность земляного пола рядом. По столу были разбросаны заржавевшие ножи, многие из которых были перепачканы давно свернувшейся кровью. Помещение освещало с десяток красных свечей. Они беспорядочно стояли и горели на этом большом пугающем столе. Два грубо сделанных старых стула одиноко стояли у левой стены комнаты. Под столом прятались несколько деревянных вёдер. Лис прошёл мимо стола, обогнув его справа. Желания проверять содержимое вёдер у него не было. Это казалось странным, но Хэм не мог отделаться от ощущения, что пламя на каждой из стоящих на столе свечей немного наклонялось в его сторону, когда он проходил мимо.
Хэм сначала заглянул, а потом и нырнул в дверной проём, оказавшись в небольшом помещении. Источника света здесь не было, зато немного света попадало сюда из основной комнаты подвала. Лис немного подождал, пока глаза привыкнут к полумраку. Короткий коридор с каменной кладкой на стенах, в котором он очутился, вёл к трём решёткам на противоположной от входа стене и одной деревянной двери в самом конце коридора. Лис аккуратно начал движение по коридору. Внезапно к нему из-за решёток потянулось множество рук. Хэм отпрянул, прижавшись к местами обвалившейся каменной кладке стены. Руки были почти чёрными, то ли от крови, то ли от грязи. Шёпот множества голосов донёсся до его ушей.
– Помоги! Освободи! Скорее! – множество голосов высоких и низких по тембру переплетались, было трудно вычленять из этой звуковой массы отдельные слова.
– Кто вы? – голос Хэма немного дрожал, к тому же причудливо отражался от стен коридора, приобретая немного чуждое его слуху звучание.
– Невинные… Пленные… Узники..
– Как давно вы здесь?
– Шесть… Восемь… Три… Семнадцать… – голоса опять налезли друг на друга, мешая слуху Хэма их адекватно воспринимать.
– Не говори с ними! – один голос из многих пытался пойти наперекор остальным.
Хэм немного поразмыслил. Прошёлся по коридору. Из-за второй решётки к нему тоже потянулись тощие чёрные руки. Послышался неразборчивый шёпот. Из-за третьей решётки никто рук не тянул, там клубилась лишь тьма. Дверь в конце коридора не открывалась, ручка двери опускалась, но замок был заперт. Лис потоптался у неё и вернулся к первой решётке.
– Вы невинные души и вас держат здесь в заточении много лет. Кто вас удерживает здесь? – Хэм задал свой вопрос в гулких стенах коридора.
Шёпот множества голосов за решёткой разом стих. Повисла пугающая, почти осязаемая тишина. Шерсть на загривке лиса начала подниматься. В медленно нарастающем из гробовой тишины мерзком звуке, уши Хэма смогли выделить тот самый один голос, который до этого предупреждал его. Он торопился сказать многое за пару секунд.
– Мне жаль, путник. Теперь беги. Спасайся. Возьми ключ. Но не вздумай брать второй…