Лето шло к концу. Мне приходилось много работать, но чувствовал я себя хорошо. Так как я все дни проводил на пляже, то тело мое стало темно-коричневым, и я слегка располнел. Меня не волновало отсутствие друзей, как мужчин, так и женщин, я совсем не испытывал в них нужды. Иногда меня даже радовало, что я один. Вокруг было много девушек, с которыми можно было бы провести время и на пляже и в павильоне, но они меня не волновали.
Я покупал утренние и вечерние нью-йоркские газеты, но ничего серьезного, кроме коротенькой заметки о происшедшем инциденте и упоминания о том, что полицейский находится в больнице, так и не нашел. И тем не менее, я был осторожен, не писал и не звонил Марианне, так как боялся, что полиция разыщет ее, чтобы получить сведения о Джерро. Я просто терпеливо ждал, когда закончится летний сезон.
Я много размышлял в это лето — о себе, о тете и дяде, о Марианне. Я думал о том, что же связывало меня с Марианной, почему так изменились наши отношения. Что было в каждом из нас, что позволило нам так повести себя, едва не стало Джерро? Что касается меня, то я объяснял это тем, что я реалист, который считал: что случилось — то случилось, и помочь тут ничем нельзя. Я знал, чего хотел, и как только появился шанс, я воспользовался им, несмотря на свои прошлые убеждения. Я желал Марианну, еще ни одна женщина так не привлекала меня. Да и прежде подсознательно я хотел, чтобы она была моей, потому что любил ее. Конечно, это было убогое оправдание, и я принимал его только частично. Я гадал, как Марианна отнесется ко мне, когда мы снова увидимся.
Вот уже и август подходил к концу. Я лежал на песке, прикрыв от солнца лицо рукой, и дремал, как вдруг внезапная мысль всколыхнула меня. А что если Марианна не ждет меня? Я побежал к телефону звонить ей.
Было около одиннадцати утра, и я подумал, что ее, наверное, нет дома. Я уже начал злиться на себя за свою глупость и был готов повесить трубку, как мне ответили.
— Алло! — голос был чистый, теплый и звучал, как музыка.
От волнения я даже начал заикаться.
— М… Марианна?
— Фрэнк! — удивленно воскликнула она. — О! Дорогой, где ты? Я уже начала думать, что ты никогда не вернешься.
Я был счастлив услышать подобные слова.
— Я в Атлантик-Сити. Работаю. Вот решил позвонить, чтобы узнать, как ты там.
— У меня все хорошо, — ответила она, — а как ты?
— Отлично.
— Когда приедешь?
— Примерно через три недели, когда работа закончится.
— А ты не можешь побыстрее? Я так хочу тебя увидеть, очень много всего… — она не закончила фразу.
— Я тоже хочу, но не могу. Обещал работать здесь до конца сезона. — Я сменил тему. — Как там, все в порядке?
Она поняла, что я имел в виду.
— Да. Дорогой, а не могла бы я приехать к тебе? Мы сможем провести вместе несколько дней. У меня больше нет сил сидеть здесь и ждать.
— Не знаю, — нерешительно произнес я. — Я работаю с трех дня до часу ночи, мы не сможем много времени проводить вместе.
— Зато мы сможем с тобой обняться. И потом мне надо отдохнуть. Последние месяцы я очень много работала и пересмотрела свои взгляды на многие вещи.
— Ты тоже? — я улыбнулся. — Я много думал о нас с тобой.
— Так ты понял теперь? — сказала Марианна. — Я должна увидеть тебя, я должна знать, одинаково ли мы с тобой думали. Я приеду. Где тебя найти? — Я объяснил. — Я отправлюсь сегодня же на машине, вот только соберу вещи и через несколько часов выеду.
— До часу ночи я буду на работе. Может быть, тебе лучше приехать прямо в павильон? Он на набережной в отеле «Виктория».
— Сегодня вечером я буду там.
— Хорошо, — ответил я. — До встречи.
— Дорогой, я люблю тебя, — сказала Марианна.
Некоторое время я молчал, в моих ушах все еще звучали ее слова.
— Марианна, Марианна!
— Да, — тихо отозвалась она. — Ты любишь меня, Фрэнк?
— Ты же знаешь, что люблю, — ответил я.
— Я знаю это, — прошептала она, — с того самого момента, когда впервые увидела тебя у себя в квартире, с самого первого нашего поцелуя я знала это. Может быть, это было не совсем честно, но я знала это, и ты это знал, и ничего мы с этим поделать не могли. — Мне показалось, что она вздохнула. — Я увижу тебя сегодня, дорогой. До свидания.
— До свидания, — сказал я, повесил трубку и вернулся на пляж.
К полуночи, когда я уже начал убирать павильон, ее еще не было, и я подумал, что она, наверное, приедет утром. Мой хозяин Чарли наводил порядок в дальнем конце павильона. Я принялся мыть насос для сиропа. Так как посетителей не было, мы с ним могли поговорить.
Чарли неоднократно подшучивал надо мной, потому что я не общался с девушками, но меня это мало трогало, и я не объяснял ему, в чем тут дело. С конца недели наша торговля должна была пойти на спад. День труда[2] считался окончанием сезона. Чарли жил в Майами-Бич, куда и собирался отправиться после закрытия сезона. Пока он работал здесь, дома его дела вел партнер.
Я закончил мыть насос, убрал чистые стаканы на полку и взглянул на часы. Они показывали половину первого.
— Хочешь уйти пораньше, Фрэнк? — усмехнулся Чарли. — Подцепил кого-нибудь?
Я покачал головой.
