С лиц подчиненных папы Мю можно было писать картину: «Изумленные ударом пыльного мешка»
– Проходите, господин инспектор, – правый заторможено потянул створку толстенной дубовой двери на себя.
– Вы что-то не поняли, ребята, – улыбнулся я. – Никакой Руки короля вы оба здесь не видели.
– И не слышали, – подошедший папа Мю стиснул меня в объятиях и затащил в свой кабинет.
– Валит, как узнал, кто к тебе в гости пришел? – поинтересовался я, когда дверь в кабинет за нашими спинами захлопнулась.
– А кто это еще может быть как не ты? Присаживайся за стол, обедать будем. Кстати, в эти полчаса, что я выделил себе для маленького перекуса, меня даже Их Величества не беспокоят, не говоря уже о канцлере и коннетабле. Я и так тружусь по пятнадцать часов в сутки, и лишать меня небольшого отдыха они считают неэтичным. Получил сигнал я от охраны, что какой-то безумец пытается увидеть меня и отпустить моих подчиненных со службы. А когда я услышал удар сапогом в дверь, то мне все стало ясно. Кроме тебя никто так себя вести не может, твоя наглость превышает все разумные пределы!
– Зато она второе счастье, – я развалился в кресле для посетителей и оглядел стол. – Заодно проверил твоих парней. Учитывая, что они сразу обратили внимание на несоответствие моей одежды манере поведения, быстро приняли решение не пороть горячку с непонятной личностью путем рихтования моей физиономии и дальнейшего препровождения в камеру. Учитывая, что они попытались спровадить меня подальше, пусть у других голова болит, да еще и тебе сообщили о непонятках, то можно сказать в трех словах про них только одно: умные, осторожные, хитрые. То, что и нужно. У тебя все такие?
– От сержантов и выше все, ниже большинство, ты не стесняйся, ешь давай.
М-да и все это богатство называется полдником, я вытащил из скрытых наручных ножен кинжал и отрезал себе большой кус пирога, да тут на пятерых еды хватит! С чем это он? Вроде мясо трех сортов без костей и зелень. Отлично, а то все эта начинка из перепелов, рябчиков и прочего извращения, особенно меня убивают соловьиные языки, мне не нравится. А теперь можно и сок попробовать, виноградно-березовый. Это я удачно зашел, люблю халяву. А насчет отдыха папа Мю лукавит. На столе толстая папочка содержимое которой Валит внимательно изучает и временами переворачивает листки свободной от вилки рукой. Так он язву точно заработает, деятель кабинетный! Я прислушался к своим ощущениям, больше точно не влезет.
– Наелся? – задал риторический вопрос Валит и отложил папку в сторону. – Тогда ответь мне, что ты вытворяешь, Влад?! Что ты делаешь?! Я понимаю силуиэнскую резню, гильдии рейнджеров рано или поздно следовало совершить нечто подобное. Уроки серенской бойни стали забываться некоторыми недальновидными разумными, а тут такой удобный повод. Убита жена рейнджера теми, кого он и она спасли, опять же противник удобный, ничьи политические интересы на Сатуме не задеты, кроме Великого герцогства. На Ритуме, где о рейнджерах вообще что-то слышали каким-то краем уха, их уже стали боготворить. Вы национальные герои коалиции четырех смешанных королевств севера этого материка. Мощнейший удар по эльфам за последние несколько столетий…
– Который смог получится только потому, – перебил я папу Мю, – что кролики из Дома Папоротника сотрудничали с рейнджерами на всю катушку, иначе эффект был бы ниже, а потери гораздо большими.
– Согласен, – кивнул Валит, – но скажи мне, щенок, трас ос этр! Зачем ты устроил следующую выходку?
– Это какую же? – поинтересовался я. – Почти позволил темным захватить свой замок? Так за это вы мне ноги целовать должны, темная ложа в Декаре уничтожена. Или ты имеешь в виду мой небольшой оздоровительный рейд в бывшее Великое герцогство Тария, где произошла небольшая бойня темных и тварей? Так это чисто в моих финансовых интересах. Кстати, Валит, ты считаешь, что я зря ликвидировал главу Торговой палаты острова Крайс? Так Крий Баросский меня об этом попросил, деньжат на бедность обещал подкинуть. Ты ведь был не против, ты был очень даже за. А к убийству десяти святош я вообще никакого отношения не имею!
