Повторюсь, я не знаток истории моды. Ни гарадской, ни земной. Но, по-моему, похожие пояса носили и продолжают носить и на Земле. В той же Испании, к примеру. Да и у нас, в России… Кушак — это что? По-моему, похож. Разве что карманов на кушаке, вроде бы, не было, но это уже детали.
Что ещё?
Пожалуй, всё.
В свете прожекторов, заливающем сцену, Валерий Фёдорович Быковский и Гойзи Очо смотрелись весьма эффектно. Председатель Совета Гарада заметно старше и чуть выше ростом. Но оба подтянутые, стройные, а в том, как шёл по сцене Быковский, чувствовалась ещё и настоящая офицерская выправка.
— Товарищ Быковский! — торжественно провозгласил председатель. — Решением Совета Гарада вы награждаетесь высшей наградой планеты — званием Герой Гарада и орденом Двойная Звезда!
Очо протянул руку в сторону.
Помощник вложил в неё небесного цвета с двумя изумрудными полосами ленту-перевязь с прикреплённым к ней орденом Двойной Звезды.
— Наклоните голову, молодой человек, — попросил Очо.
Наш командир наклонил голову.
Очо надел на него ленту, пожал руку:
— Поздравляю вас. Если хотите, можете что-нибудь сказать.
Быковский чётко, по-военному, повернулся к залу, принял стойку «смирно» и отчеканил:
— Служу Земле, верю в Гарад!
После чего под бурные аплодисменты зала вернулся на место.
— Классно придумал, Валерий Фёдорович, — шепнул я ему, когда для награждения вызвали Юджина Сернана. — Служу Земле, верю в Гарад. Отлично. И вашим, и нашим, но Земля на первом месте.
— Само выскочило, — усмехнулся Быковский. — Теперь уже обратно не заскочит.
Так мы все втроём и отрапортовали, получив каждый положенную долю аплодисментов и орден Двойная Звезда на ленте через плечо.
— Он так и носится? — спросил меня Сернан чуть позже, когда мы уже сидели на торжественном обеде-банкете, устроенном в нашу честь, здесь же, в шикарном банкетном зале Совета. — На ленте?
— Не обязательно, — сказал я. — На ленте — в особо торжественных случаях и по желанию. Можно прицепить на грудь, с левой стороны, над сердцем. В смысле, на пиджак. Или китель.
— Прямо как наши ордена, — сказал Юджин.
— Ага, — подтвердил я. — Прикинь, как будет классно смотреться на твоём парадном мундире.
— Да, неплохо, — оценил американец. — Это золото, я правильно понимаю?
— И бриллианты? — спросил Быковский, разглядывая свой орден.
— Чистейшей воды, — сказал я и дал краткую справку. — Две золотые восьмилучевые звезды, расположенные со смещением одна над другой, с бриллиантами в центре каждой. Символизируют Западный и Восточный Гарад, а также обе наши звезды: Крайто и Гройто. Ещё, как видите, имеется по четыре бриллианта поменьше, окружающих центральный на каждой звезде, всего — восемь. Символизируют восемь планет системы Крайто-Гройто, а также восемь главных принципов гарадского общества: жизнь, созидание, любовь, защита, справедливость, вера, надежда и воспитание.
— А почему на знамени Гарада вынесено только первые четыре принципа: жизнь, созидание, любовь и защита? — спросил настырный Сернан, заодно демонстрируя хорошую память.
— Думаю, из чисто эстетических соображений, — ответил я. — Дабы не загромождать полотнище кучей слов. Но все восемь внесены в Свод основных законов Гарада. Это такой очень серьёзный документ, что-то вроде наших земных конституций…
— Наслаждаетесь моментом?
Я поднял голову.
Банкет разгорался.
Многие покинули свои места, и пересели поближе к друзьям и знакомым.
Кое-кто и вовсе ушел, а кто-то не пришёл.
Вот на такое освободившееся место напротив нас и уселся Фунес Эллориго, это был именно он.
Играл живой орекстр, приглашённый из Центрального Музыкального театра Новой Ксамы. На отведённой площадке танцевали пары.
— Наслаждались, — сказал я. — Теперь не уверен.
— Зачем же так резко? — с наигранным удивлением приподнял брови товарищ Эллориго. — Я вам не враг.
— Надеюсь, — сказал я. — Хотя этого не скажешь, если судить по вашему сегодняшнему выступлению.
— А вы хотели, чтобы всё прошло без сучка и задоринки? Так не бывает. Всегда найдётся другое мнение, отличное от вашего. Альтернативное зерно, так сказать. Считайте меня носителем такого альтернативного зерна, — он сделал вид, что держит на плече, что-то большое и тяжёлое.
— Мне нравится этот парень! — засмеялся Сернан. — Как вас, Фунес? Давайте выпьем, товарищ Фунес. За то, чтобы всегда была альтернатива.
Он взял початую бутылку твина и щедро плеснул в бокалы (я вовремя прикрыл свой ладонью).
— Отчего нет? — сказал Эллориго. — Можно и выпить.
Мы выпили.
Я пил сок, исподволь поглядывая на неожиданного собутыльника. Мне казалось, что ему уже достаточно выпивки. Однако кто я такой, чтобы делать замечания? Все взрослые люди и каждый сам выбирает свой путь к счастью или невзгоде.
