— К слову, — заметил Джубал, — эта собственность уже переписана на ее имя, с сохранением за мной пожизненного права владения. — Зная, что значительная часть Майкова состояния завещана его братьям по воде, Джубал убрал их из числа своих наследников. Однако он не был вполне уверен в «водяном» статусе Эбби — мокрые пеленки не в счет, — а потому сделал в своем новом завещании распоряжение в ее пользу, а также в пользу наследников некоторых других личностей. — Я не собирался тебе говорить, но и скрывать тут, в общем-то, нечего.
— Джубал, я сейчас запла́чу, честно. И у меня чуть не вылетело из головы, что я хотела сказать. А скажу я тебе вот что. Майк ни в коем случае не станет тебя торопить, ты сам это знаешь. Я грокаю, он ждет полноты — и ты, наверное, тоже.
— М-м-м… я грокаю, ты говоришь правильно.
— Вот и договорились. И ты не волнуйся, что Майка арестовали, а то с самого утра на тебе лица нет. Такое случалось уже много…
— Арестовали? Я ничего об этом не слышал! Так черта ж ты…
— Джубал, Джубал, успокойся. Бен не звонил, значит там ничего серьезного. Майку не привыкать, его и фокусником арестовывали, и в армии, и где только не… — а за время, как он стал проповедовать, это то ли шестой, то ли седьмой раз. Он подчиняется без малейшего сопротивления, но засудить его у них никогда не получается, и он выходит на свободу, как только захочет.
— Ну и что ему шьют на этот раз?
— Да все та же обычная чушь — непристойное поведение, половая связь с несовершеннолетними, групповое мошенничество, содержание дома терпимости, вовлечение несовершеннолетних в преступную деятельность, сговор с целью нарушения закона о всеобщем обязательном образовании.
— Это как?
— Их лицензия на содержание приходской школы была аннулирована, а дети не захотели возвращаться в обычную школу. Да ерунда это, Джубал, все это ерунда. Есть одна противозаконная вещь, в которой они виноваты, пусть и формально, — да и ты, начальник, тоже, — но доказать ее невозможно. Жаль, что ты не бывал в Гнезде, а то бы понял, что даже ФОС[198] не под силу подсунуть туда шпионскую камеру. Вся эта свистопляска Майку только на руку — рано или поздно обвинения будут сняты, а прихожан станет еще больше.
— Хм! А не сам ли он и подстраивает все эти гонения?
— Что? — изумилась Энн. — Знаешь, Джубал, я никогда о таком не задумывалась. Да и Майк, ведь он не может лгать.
— А зачем же обязательно лгать? Что, если, скажем, распустить
— Так ты думаешь, он мог такое сделать?
— Я не знаю. Зато я знаю, что самая лучшая ложь — это дозированная, хорошо подобранная правда. А вызывать на себя гонения ради саморекламы, такое бывало сплошь и рядом. Ну хорошо, поверим тебе, что вся эта история — ерунда, и выкинем ее из головы. Ты все еще «к ноге»?
— Я принесу сюда Эбби, но только под обещание, что ты не будешь щекотать ее под подбородком, а также издавать некоммерческие звуки вроде «у-тю-тю-тю-тюшеньки». Иначе придется поднять Доркас.
— Неси девицу сюда. Я честнейшим образом попытаюсь издавать сугубо коммерческие звуки — в моей голове зародился абсолютно новый сюжет. Я бы назвал его «Юноша встречает девушку».
— Ты знаешь, начальник, а это
Джубал проявил редкую выдержку — некоммерческая деятельность продолжалась менее минуты, до появления на лице Абигейл блаженной улыбки, затем Энн дала дочке грудь, а он начал диктовать.
— Заголовок. «В них больше мужского, чем в мужчинах». Начало. Генри М. Хавершем Четвертый получил хорошую подготовку. Он считал, что существуют только две разновидности девушек: те, которые находятся в одном с ним помещении, и те, которые не находятся. Он безоговорочно предпочитал девушек второй разновидности, особенно если они так и сидят где сидели. Абзац. Он не был представлен молодой леди, которая неожиданно плюхнулась к нему на колени, и вовсе не рассматривал заурядную катастрофу как эквивалент формального зна… Какого тебе хрена? Я работаю, ясно тебе?
— Начальник, — начал Ларри.
— Закрой дверь с той стороны.
—
Последовал беспорядочный забег с финишем в комнате Ларри. Джубал отставал от Ларри на полкорпуса, Энн с гандикапом в одиннадцать фунтов уверенно сокращала разрыв, задержавшаяся на старте Доркас (она вскочила, услышав шум) безнадежно отставала.
— …прошлой ночью в полночь. Сейчас вы видите на экране главный вход сектантского храма — вернее, то, что осталось от него после взрыва. Ваш всеведущий ведущий познакомил вас с утренней сводкой новостей от Эн-дабл-ю-эн-дабл-ю. Оставайтесь с нами, на этой программе, все сплетни и скандалы — на нашем канале. А теперь мы с вами перейдем к рекламе.
Перед зрителями предстала прелестная домохозяйка с какой-то коробкой в руках, средним планом. Затем последовал наезд камеры, коробка заполнила весь экран…
— Ну вот вам и пожалуйста! Ларри, тащи эту механизму в кабинет. Энн, — нет, Доркас. Позвони Бену.
