С другой моей покупкой дело обстояло не так радужно. Нет, повариха была выше всяких похвал, дети тоже постепенно втянулись в дело, а вот отец семейства портил всю картину. Теперь-то я понимала, почему торговец тактично обозвал его рыбаком и охотником. Этот типус умел только пить. И буянить. Поняв, какой “подарок” мне впесочили в нагрузку, я решила проблему раз и навсегда. Позволила семье выкупиться, а алкашину продала им в рабство. Вот пусть что хотят с ним, то и делают. Забодал он меня.
Надо сказать, что глядя на этого придурка, я осознала собственное упущение. Постоялые дворы, цеха, деревни и торговая площадь — это, конечно, было хорошо. Но я забыла о самом главном. У меня не было тюрьмы. Нет, в перспективе она планировалась, но пока замок строился, нужно было организовать какое-нибудь временное помещение.
А то появится злостный нарушитель, а его даже на 15 суток определить некуда. Не говоря уж о том, что рано или поздно в долине заведутся шпионы, криминальные личности и прочие деструктивные элементы. Их надо где-то допрашивать, содержать, выносить приговоры и, если понадобится, пускать в расход. Оно, может, очень негуманно, но я не такая богатая, чтобы пожизненно кормить за свой счет разных проходимцев.
Между прочим, насчет замковой тюрьмы у меня появилось довольно много новых идей. Прежде всего потому, что я догадалась посоветоваться с Ольтрехом. И получила невероятное количество ценных замечаний. Я даже не подозревала, какая это сложная система — содержание преступников. А узнав, даже растерялась немного. Не уверена, что у меня получится правильно все организовать.
Кстати, Ольстрех дал мне множество советов не только по поводу тюрьмы, но и по вопросам обустройства замка. Всё-таки, мой военачальник был весьма опытным царедворцем, и знал множество мелочей, о которых я даже представления не имела. Это касалось и вопросов обслуживания, и дизайна, и даже расположения комнат. Я делала наброски, а Ольстрех вносил любопытные поправки, помогал мне подбирать ткани, мебель и предметы роскоши.[21]
Да… всё-таки, происхождение и надлежащее воспитание играют огромную роль. Ольстрех вёл себя так, как привык, и смотрелся вполне уместно на своем месте. А вот Адейб'дел изо всех сил пытался изобразить из себя принца крови. И получалось отвратительно.
— Наш гость еще не пришел в разум? — поинтересовалась я как-то у Ольстреха. — Может, пожив в долине, он хоть что-то понял?
— С чего бы вдруг? Да Адейб'дел даже и не задумывался ни над чем. Я сам, честно говоря, удивлен его поведением. Так бездарно профукать ценную возможность — постараться надо. Он мог бы заключить с тобой договор, выгодный для его клана. А что я вижу? Пьянки, гулянки и трату денег, — скривился Ольстрех. — Кстати, тебе уже доложили, что кошелек Адейб'дела начал показывать свое дно?
— Уже? — поразилась я. — Неужели папенька снабдил его не так щедро, как предполагалось? Если мне правильно доложили, клан наемных убийц отправил Адейб'дела не просто так, проветриться. Ему было дано задание организовать базу и закрепиться на территориях. Это не дешевое дело.
— Отдыхать в твоем вип-отеле тоже недешево, — хмыкнул Ольстрех. — Особенно если покупать самое дорогое вино, самых красивых шлюх, и буквально купаться в роскоши.
— Значит, Адейб'дел увлекся, — хищно ухмыльнулась я. — Это очень, очень хорошая новость. Значит так, Ольстрех. Твое задание остается прежним. Ты продолжаешь обхаживать Адейб'дела и стимулировать его тратить деньги. Безудержно.
— А после того, как деньги у него закончатся?
— Адейб'дел даже заметить этого не должен. Я договорюсь с торговцами и проинформирую обслуживающий персонал. Пусть Адейб'дел с тем же размахом и дальше гуляет. Мне мало лишить его денег, нужно опутать долгами. А потом… потом я напишу письмо его папеньке.
Посокрушаюсь, что наследник у него оказался… неудачный. Спустил деньги, которые клан выделил на ответственное дело, оказался в долговой яме и вел себя в долине… неподобающе. Причем настолько, что потерял возможность напрямую заключать выгодные контракты на поставку весьма нужных клану вещей. Упустил шанс наладить торговлю, засветился по самое не хочу и оставил без финансовой поддержки своих сопровождающих.
— Полагаю, главе клана это не понравится, — согласился Ольстрех.
— Сыну своему он, конечно, впесочит по первое число, но и тебе может не простить.
— Кто не рискует, тот спокойно умирает от старости, — вздохнула я. — У меня просто нет выбора. Нужно раз и навсегда дать понять, кто в долине хозяин. И что со мной стоит считаться вне зависимости от того, что я женщина.
