— Возможно, со стороны Арш'шейна лэрсс Фьерс этот визит — небольшая проверка для нас. В прошлую нашу встречу я пообещала ему быть лояльной к Миритии и учитывать ее интересы. Не сказать, что это особо меня к чему-то обязывало, но все-таки…
— Полагаешь, Канцлер потребует каких-то доказательств твоей лояльности Миритии? — напрягся Ольстрех.
— Вполне вероятно. Я даже знаю, каких именно. В письме, — выразительно потрясла я свитком, — Совет требует дополнительных денег. И есть у меня такое подозрение, что финансы эти будут использованы не на благо Нимилса, а в интересах Миритии. Могу поспорить, что Арш'шейн лэрсс Фьерс захочет оружия, маскировочных накидок и артефактов. Причем часть в счет налогов, а часть по сниженным ценам. Что ж… если верить письму, то у нас есть примерно два дня, чтобы подготовится к визиту Канцлера.
С тех пор, как вооруженный конфликт из-за серебряных рудников плавно перерос в войну против халифата, мой день стал еще более загруженным, чем раньше. Хотя казалось, что дальше уже некогда.
Теперь, помимо своих обычных дел, я решал еще и военные вопросы.
Нет, не с мечом в руке, хотя я и в бою бы не сплоховал. Но мое главное оружие — дипломатия. И оно более смертоносно и эффективно, чем любое другое. Разве я смог бы, при помощи грубой силы, воздействовать на Совет Нейтральных земель? Да никогда в жизни! А с помощью обещаний, лести и денег мне удалось даже больше, чем я рассчитывал. Члены Совета слишком увлеклись собственным обогащением, чересчур повелись на возможность обрести реальную независимость. Они дали мне полную свободу действий в отношении долины. И я собирался этим воспользоваться.
В принципе, в свой прошлый визит, я о многом договорился с Анж. В том числе и о ее лояльности Миритии. Теперь пришла пора подтвердить слова делом. Анж, конечно, будет опять торговаться, но ей придется уступить. Война скоро войдет в решающую фазу, время упускать нельзя.
Мы уже перешли границу Тринийского халифата, и весь вопрос теперь в том, на каких границах нам остановиться. Точнее, насколько быстро подданные Фараха сумеют избавиться от своего бездарного руководителя и создать легитимное правительство, которое подпишет капитуляцию. На каких условиях — будет видно. Чем быстрее умрет Фарах, тем лучше для Тринийского халифата. В принципе, я уже определил, чего хочу для Миритии. А вытребует ли Фалсия то, на что нацелилась — это уже не мои проблемы.
Я устало прилег возле костра и прикрыл глаза. Когда-нибудь, когда будут восстановлены все те службы, которые порушил Юрш'шлоу, мне не придется самому шляться по дорогам. Да, мое личное присутствие по-прежнему потребуется там, где необходимо надавить на нужную личность. Но это будет не так часто. Мне бы, конечно, хотелось сейчас не тащиться в долину, а присутствовать на местах сражений и следить за происходящим в армии. Но, слава богам, Фэй'шьеррл вырос талантливым правителем, и он вполне справляется без меня. Не могу же я его контролировать постоянно! Рано или поздно такое отношение начинает раздражать.
Нет. Несмотря на то, что я лично растил Фэй'шьеррла с самого юного возраста, пришло время отпустить его в самостоятельное плавание. Доверить ему принимать важные решения, командовать подчиненными и самостоятельно справляться с проблемами, набираясь опыта. Его дед именно так и стал великим правителем.
Разумеется, я не бросил Фэй'шьеррла в полном одиночестве — рядом с ним остались мудрые, верные советники. К счастью, Юрш'шлоу казнил не всех чиновников, и у меня было, на кого опереться. Я и разведку постепенно восстанавливал, но дело это долгое. И сложное.
Именно поэтому мне и приходилось путешествовать самому. И лично влиять на нужных персон.
Признаюсь сразу — я никогда в жизни не предполагал, что важным лицом, на которое нужно повлиять, окажется женщина. Это было нелепо до неправдоподобия. И уж тем более я не мог вообразить, что эта женщина так сильно мне понравится, несмотря на свою принадлежность к человеческой расе. Разумеется, я постарался привлечь ее на сторону Миритии, но не сказал бы, что мне это окончательно удалось. Анж оказалась крепким орешком. Она зубами вцепилась в собственную независимость, и не хотела ее уступать. Более того, Анж сделала все, чтобы удержать контроль над долиной. Чего только стоили возведенные укрепления и обученные наемники! Я предчувствовал, что новый виток переговоров с Анж будет сложнее, чем предыдущий. Но деваться некуда.
Естественно, я прилагал усилия к тому, чтобы решить проблему с Анж другим способом. Самым простым — с помощью мужчин. Однако ни один из моих подопечных с поставленной задачей не справился. С одной стороны это было неплохо, поскольку Анж продолжала мне нравиться, и я испытывал по отношению к ней своеобразное чувство собственности (которое периодически вступало в конфликт с моим канцлерским долгом), но с другой — не говорило о моих агентах ничего хорошего.
