Любовь и война уравняли и связали брачными узами английского аристократа Джеймса Монтегю и сестру милосердия испанку Каталину. К несчастью, их брак оказался недолговечным — в вихре войны молодые супруги теряют друг друга. Обручальное кольцо, найденное на месте уничтоженного лагеря, свидетельствует о гибели Каталины. Вернувшись в Англию, Джеймс принимает обязанности по возрождению былого величия отчего дома. Кроме того, как старший сын герцога лорда Хатертона, он должен позаботиться о продолжении рода. Встреча с юной претенденткой на роль герцогини вносит смятение в сердце владельца Кастонбери…
Наступил день ее свадьбы. Никогда она не думала, что это будет так.
Стараясь уложить длинные густые черные волосы в элегантный пучок, Каталина Перес Морено изучала свое отражение в маленьком треснутом зеркальце. В парусиновой палатке, нагретой пыльным вечерним воздухом, теснились походная кровать, дорожный сундук и стол, заваленный различными атрибутами сестринского ремесла. Сквозь грязноватые белые стены до нее доносился шум военного лагеря, крики и смех мужчин, скрежет сабель, звон прибиваемых подков, стук шагов по пыльной каменистой земле, пение женщин, готовивших ужин у полевых костров.
Все это ничем не напоминало первое венчание, когда мать и тетушки нарядили ее в шелк и кружева, а отец повел в боковой придел кафедрального собора в Севилье, где она должна была встретиться со своим женихом на двадцать лет старше ее, которого она видела всего дважды. Тот день свадьбы был невероятно важным, торжественным и одновременно пугающим и полным разочарования.
Сегодня все было иначе во всех отношениях. Ее первый муж умер, как и родители и брат, а дом в Севилье, где она когда-то жила, давно утрачен в вихре нашествия французов, вторгшихся на ее родину. Уже много месяцев она жила одна, по мере сил в качестве сестры милосердия помогая армии, пытавшейся изгнать ненавистных французов, пока в один прекрасный день, окидывая взглядом лагерь, не увидела Джеймса Монтегю, лорда Хатертона.
— Джейми, — прошептала Каталина и рассмеялась приятному ощущению внутреннего тепла, возникшему от одного звука его имени.
По роду своей деятельности, переезжая из лагеря в лагерь, из госпиталя в госпиталь, она встречала много мужчин, красивых мужчин, которые были не прочь пофлиртовать с ней, потанцевать, развлекали ее, рассказывали истории о далекой Англии. Но ни с одним из них она не чувствовала себя так, как с Джейми. С их самой первой встречи.
Высокий, стройный и очень красивый, он походил на рыцаря из средневековой поэмы, который сражался с драконами, чтобы добиться руки прекрасной инфанты. Он казался почти нереальным. Его блестящие темные волосы, небрежно зачесанные назад, сияли на ярком солнце, а под легкой тенью отросшей щетины скрывалось точеное аристократическое лицо. Расстегнутый мундир открывал тонкий лен сорочки, облегавшей мускулистую грудь. Как же он прекрасен.
Но более всего в нем поражала кипящая молодая жизнь. Он откинул назад голову, смеясь чему-то, сказанному другим мужчиной, и, казалось, лицо его озарилось какой-то живой, солнечной силой. Каталина застыла как завороженная. Тюк с выстиранным бельем, который она несла, упал на землю. На какой-то миг показалось, что многолюдный лагерь исчез. Она видела только его. Хотелось окунуться в его смех, в его жизнь.
Внезапно он посмотрел прямо на нее своими пронзительными, искрящимися серо-голубыми глазами. Смех затих. Каталина, застигнутая врасплох за тем, что разглядывала его, почувствовала себя нелепо. Ей, вдове и сестре милосердия, повидавшей в жизни так много страшного и отвратительного, не полагалось изумленно краснеть при виде красивого мужчины. Подхватив белье, она повернулась к нему спиной и побежала прочь.
Но убежать далеко не успела, почувствовав у себя на плече прикосновение теплой твердой руки. Даже не оборачиваясь, она поняла, что это он. А когда он улыбнулся ей и заговорил по-испански, Каталина окончательно растерялась.
С тех пор прошел месяц. И вот сегодня вечером она выходит за него замуж.
Каталина воткнула очередную шпильку в тяжелые пряди волос, словно могла этим отогнать прочь воображаемый звук недовольного материнского голоса:
Она прекрасно понимала, что мать права. Джейми — маркиз Хатертон, наследник герцога Ротермерского, а она испанская сеньора из древнего рода, потерявшего все свое состояние из-за вторжения французов. После того как погиб ее брат, сражавшийся против короля за свои либеральные убеждения, у нее не осталось даже дома. Они собирались обвенчаться тайно, чтобы Джейми смог подготовить свою семью к их возвращению в Англию после войны. Помимо поцелуев украдкой, прогулок вдоль реки и тихих бесед в темноте у костра Каталина почти ничего не знала о нем.
