В зале после моих слов послышались сдержанные смешки, а граф снова нахмурился. Ну да, он тоже воин, даже мне было известно, что тут уважают хороших воинов, друг друга они тоже уважают. Что ни говори, а паладины отличные вояки, они нам в постоялом дворе прекрасно это продемонстрировали.
— Каждый уважающий себя воин мог за такие слова язык отрезать, — сказал граф.
— Я с Вами согласен, — кивнул я, — но тут такое дело, мой друг, скажем так, — я, замедляя голос, пытался подобрать нужное слово.
— Он умственно отсталый придурок, — помог мне жрец Марэда, который тоже с любопытством слушал мой рассказ. — Поверьте, господа, мне доводилось его видеть и я слышал, как он молится Марэду. Такую чушь говорить богу может только ребёнок или умственно отсталый, нормальный человек подобного не скажет.
— Да, он как большой ребёнок, — немного смягчил я слова жреца. — К тому же он всего один раз в жизни видел, как сражаются паладины. И если честно, в тот раз они не впечатлили своими боевыми возможностями. Три десятка перебили очень быстро, они даже не смогли ранить своих противников. Опять же я, как и мой друг, раньше жил недалеко от южных королевств, так что нам лучше многих тут присутствующих известно как эти паладины по приказу инквизиторов сжигают женщин и детей, я уже не говорю про мужчин. Последователь, который на меня напал, тоже был из южных королевств, возможно, он приехал сюда именно из-за нас. Он к нам уже подходил, когда мы были в таверне недалеко от площади богов, это могут подтвердить.
— Зачем он к вам подходил? — Уточнил граф. — Тоже с расспросами?
— Нет, — покачал я головой. — Хотел, чтобы мы сопроводили караван, но как мне кажется, просто искал повод выманить нас из города. Так что если бы бой не произошёл в постоялом дворе, то на нас точно напали бы в лесу недалеко от города.
— Не надо придумывать, — возмутился жрец Сариса, видимо ему складывающийся разговор очень не нравился, так чего доброго, я ещё и отбрехаться смогу. — Вы, тёмные, всегда пытаетесь чужую вину на других свалить.
— Надо же, — усмехнулся старик, который совсем недавно помогал мне разобраться в рихах, — это вы про нас такое говорите? Да вам, тварям, уже даже пустоголовые крестьяне не верят. Вы сеете смуту везде, где появляетесь, всё пытаетесь расширить своё влияние. Решили, что и тут вправе делать всё, что захотите?
— Господа, успокойтесь, — граф даже со своего места встал, потому что если жрецы устроят тут потасовку, то ему точно конец настанет, это не я со своими слабыми рихами, про жрецов разные слухи ходят.
— Позвольте и я выскажусь? — Попросила единственная присутствующая тут женщина. — Считаю, что этот парень на самом деле защищался и невиновен. Я хоть и светлая, но наслышана про то, как ведут себя последователи Сариса. К тому же они никогда ничего хорошего в наших краях не делали, постоянно плетут какие-то интриги, а вот этот парень смог убить патриарха вампиров.
Вот как, о моих подвигах даже эта почтенная леди знает, интересно, а с какой целью жрецы собирают такие слухи? Времени с этого момента прошло совсем немного, а слухи уже досюда добрались, удивительно. Ладно, хоть два старика после её слов угомонились, один посмотрел на меня с усмешкой и некоторым одобрением, а вот второй — с неприкрытой ненавистью. Хорошо, что жрецы редко из городов уходят, всегда на своём рабочем месте, иначе бы он мне быстро голову отвернул. Граф после слов женщины удивлённо на меня посмотрел, возможно, что и он знал о моих умениях и о том, что не так я и силён.
— Его прежние заслуги тут учитывать не собираются, — тем не менее, произнёс он, а потом обратился ко мне. — Идите, Вам скажут о нашем решении.
Об их решении мне сказали только к вечеру, нас отпустили и претензий не имели. Моих людей тоже отпустили, даже штраф не стали накладывать. В общем, пришлось нам опять вернуться на постоялый двор, в любом случае пришлось бы туда идти, лошади наши там остались.
— Эх, — с досадой выдохнула недовольная Эда, когда наша дружная компания ввалилась в комнату, — жаль, что нашу правоту сразу не признали, стражники, сволочи, все трофеи себе присвоили.
Мы всё так же продолжали жить в одном помещении, разделённом на две комнаты. Тут не только моя группа так поступала, все охотники и наёмники так делали, держались вместе, потому что нападение могло произойти в любое время, достаточно вспомнить бойню в баронстве.
— Не все трофеи они себе присвоили, — хмыкнул я и положил пухлый кошель последователя на стол.
— Это что? — Глаза Альмы блеснули любопытством, и она тут же полезла проверять, что там такое, хотя видела, что это деньги.
— Успел у того безголового срезать, пока стражники порядок в толпе наводили, — объяснил я.
Если честно, я сам ни разу в кошель не заглядывал, как-то не до этого было, больше думал о том, как отмазаться от возможных обвинений.
— Ого, — выдохнуло сразу несколько человек, — золото.
