За беседкой находился небольшой, огороженный стенами сад, в котором цвели последние летние розы. Дальше было то, что Джейми называл «голубятней» — по крайней мере, я решила именно так, потому что через отверстие на крыше влетали и вылетали голуби разных пород.
Я знала, что имеется еще конюшня и сарай для силоса. Должно быть, это они по другую сторону дома, а также амбар, курятник, огород и часовня, которой никто не пользуется. Оставалось еще одно непонятное небольшое строение с этой стороны. Легкий осенний ветерок дул как раз от него. Я принюхалась — густо пахло хмелем и дрожжами. Стало быть, это пивоварня, где варят пиво и эль для всего имения.
Дорога за воротами вела на невысокий холм. Пока я смотрела, на вершине появилась группа людей, их силуэты четко виднелись в вечернем свете. Они какое-то время постояли, словно прощаясь. Так и оказалось, потому что только один из них стал спускаться с холма в направлении дома, остальные отправились через поля к коттеджам, стоявшим в отдалении.
Тот единственный спускался с холма, и я поняла, что он сильно хромает. Когда он прошел в ворота, стала понятна и причина. У него до колена не было правой ноги, вместо нее была деревяшка.
Несмотря на хромоту, двигался он энергично. Чем ближе он подходил к беседке, тем яснее я видела, что ему лишь немного за двадцать. Высокий — почти такой же высокий, как Джейми, но значительно уже в плечах. Худой, точнее, костлявый.
Он остановился у входа в беседку, тяжело опершись на решетку, и с интересом посмотрел на меня. Над высокими бровями — гладкие густые каштановые волосы, в глубоко посаженных карих глазах — терпеливый, хороший характер.
За то время, что я сидела здесь, голоса Джейми и его сестры сделались еще громче. Окна из-за теплой погоды были открыты настежь, и спорщиков хорошо было слышно из беседки, хотя не все слова можно было разобрать.
— Вредная, любопытная сука! — это голос Джейми, очень громкий в тихом вечернем воздухе.
— Да поимей приличия, чтобы… — Ответ сестры унес порыв ветра.
Новоприбывший кивнул на дом.
— А, Джейми вернулся домой.
Я кивнула в ответ, не зная, должна ли я представиться. Оказалось, это неважно, потому что молодой человек улыбнулся мне и склонил голову.
— Меня зовут Иэн Мюррей, я муж Дженни. А вы, похоже… э-э..
— Та англичанка, на которой женился Джейми, — закончила я. — Меня зовут Клэр. Так вам об этом известно? — спросила я, и он засмеялся. Мои мысли мчались наперегонки. Муж Дженни?
— О да. Мы услышали от Джо Орра, а он — от жестянщика в Ардрейге. В Горах невозможно долго держать что-то в тайне. Вы должны бы это знать, хотя и обвенчались всего несколько месяцев назад. Дженни уже много недель гадает, какая вы.
— Шлюха! — заорал Джейми.
Муж Дженни и глазом не моргнул, продолжая с дружеским любопытством изучать меня.
— Хм… А ты красивая, — сказал он, откровенно осмотрев меня с головы до ног. — Тебе нравится Джейми?
— Ну… да. Да, конечно, — немного растерявшись, ответила я. Вроде бы я уже начала привыкать к прямолинейности большинства горцев, но время от времени они заставали меня врасплох.
Он поджал губы, кивнул, как будто мой ответ удовлетворил его, и уселся рядом на скамейку.
— Пожалуй, стоит дать им еще несколько минут, — махнул он в сторону дома, где теперь вопили по-гаэльски. Казалось, его совершенно не интересует, по какому поводу битва. — Если уж Фрэзеры выйдут из себя, они никого не слушают. Уж я-то знаю — я знаком с этой парочкой всю жизнь. Иногда их можно убедить после того, как они выкричатся, но не раньше.
— Да, я заметила, — сухо бросила я, а он расхохотался.
— Так ты уже достаточно долго замужем, раз успела это заметить, а? Мы наслышаны, как Дугал заставил Джейми жениться на тебе, — продолжал он, совершенно игнорируя бой в доме и обратив все внимание на меня. — Но Дженни утверждает: чтобы заставить Джейми сделать что-то, чего он в общем не желает, недостаточно одного Дугала Маккензи. Увидев тебя, я, конечно, понимаю, почему он согласился. — Он вскинул брови, как бы ожидая дальнейших объяснений, но не настаивая.
— Думаю, у него имелись свои причины, — сказала я. Мое внимание разрывалось между собеседником и домом, где не смолкали крики. — Я не хочу… в смысле, я надеюсь…
Иэн правильно истолковал мои колебания и взгляды на окна гостиной.
— О, я думаю, ты тоже имеешь к этому отношение. Но она бы все равно вытянула из него все, неважно, здесь ты или нет. Понимаешь, она совершенно жутко любит Джейми, и все время беспокоилась о нем, пока он странствовал, особенно после того, как так внезапно умер ее отец. Тебе об этом известно? — Карие глаза сделались пронзительными и внимательными, словно пытались постичь степень доверия между Джейми и мной.
— Да, Джейми рассказывал.
— Ага. — Он кивнул на дом. — А она вдобавок беременна.
— Да, я и это заметила, — согласилась я.