Лорд Макс ничего не сказал, склонившись над птицей, чтобы достать ножи. Но Алина могла бы поклясться, что губы его дернулись в улыбке, а глаза на мгновение засияли сильнее.
– Хорошо, что вы начеку, – сказал он принцессе, вытирая ножи о птичье перо. – Но сами подумайте: если бы это была ловушка местных богов, они ударили бы сразу, как мы ступили в зону блуждания. – Он кинул один нож Чету (тот поймал его не глядя), а сам направился к ближайшему сухому дереву. – Дай защита Жреца над нами по-прежнему сильна, поэтому им не узнать, что мы здесь. Естественно, нужно быть готовыми ко всему, но так как местная фауна ведет себя совершенно обычно, не молчит и не прячется, скорее всего, эта аномалия давняя и природная, к которой как-то приспособились живущие здесь звери. Да и люди – судя по запаху близкого жилья. Возможно, искажение не действует на них, как полоса блуждания вокруг Песков не действовала на местных.
– И либо люди найдут нас, либо мы с утра сами привлечем их внимание, – добавил Четери, который сидел, привалившись к боку паука, как к спинке дивана, и аккуратно вынимал землю из глубокой узкой ямы. – Так что проводник у нас будет. Даже если он этого не захочет. – Дракон подмигнул Алине и зачем-то стал копать рядом с первой ямой вторую. Как он видел в темноте – оставалось загадкой.
Принцесса посмотрела на него, на лорда Тротта, собирающего топливо, на тушу паука, возле которого уже шмыгали вездесущие крысозубы, и, аккуратно выложив добытые вечером яйца на траву, села у дерева и начала ощипывать птицу. Не хватало еще прохлаждаться, когда остальные работают.
Перо шло легко, хотя пальцы и проскальзывали на крови. Руки испачкались – придется все же дойти до ручья, чтобы ополоснуть их… и возможно, получится ополоснуться самой? И отрезать пару полос от рубахи, чтобы иметь хоть какие-то средства гигиены… боги, как же не вовремя!
Алина вдруг вспомнила, как в первые дни попадания на Лортах пыталась ощипать похожую птицу и как тяжело ей было это делать. Сейчас же руки и пальцы стали настолько сильными, что перо шло легко, будто она всю жизнь работала на ферме. А постоянная опасность и занятия с Троттом сделали свое дело – ее реакции стали пугающе быстрыми.
И голод больше не казался страшнейшим из несчастий. Его можно пережить. Была бы вода.
Алина спрятала перо под корни папоротника, вспорола тушку, кинула голову и потроха защелкавшим крысозубам и пошла к Четери. Тротт, пока она занималась птицей, уже принес ворох топлива и ушел дальше в лес.
Вскоре оттуда раздался еще один придушенный птичий вопль, а через несколько минут – треск дерева, будто его кто-то рубил, затем – тонкое верещание. Через полянку промчались три ящера, похожие на небольших кожистых страусов.
– Видно, ужин у нас сегодня будет богатый, – хохотнул дракон. Он тем временем высек на трут искры из двух камней, подобранных на берегу горной реки, и опустил занявшуюся растопку в выкопанную яму. В ней заплясал огонь, а из второй, менее глубокой, еле-еле потянуло дымом.
– Какой странный костер, – от любопытства принцесса на минуту забыла и про боль в животе, и про руки в крови. Она уселась рядом с Четери и принялась под треск пламени и чавканье крысозубов оттирать птицу внутри и снаружи пучками травы.
– Малодымный, – охотно объяснил Четери. – Ямы соединены наклонным дымоходом, и из-за разницы температур и влажности воздуха дым успевает остыть и оседает во второй яме. И со стороны огонь не просматривается. Мы, конечно, ждем гостей, но мне сначала хочется поесть по-человечески. Да и тебе надо бы. – Он поцокал языком, глядя на ее тонкие запястья. Алина тоже посмотрела, коснулась брачного браслета, который плотно охватывал левую руку. – Недаром Макс сейчас половину леса тебе на ужин несет.
Принцесса смущенно улыбнулась и покосилась туда, откуда раздавались шаги. На поляну, крыльями отодвигая нижние ветви папоротников, ступил лорд Тротт – через плечо у него была перекинута еще одна птица, под мышкой болталась тушка ящера, а в руках он нес тонкую колоду, полную грибов.
– Мне бы ты грибов не собирал, – ехидно проговорил Чет, глядя, как ученик вываливает добычу на траву и аккуратно отряхивает колоду, оказавшуюся частью тонкого, с мужскую руку, папоротника с сохранившейся перемычкой. Вышло узковатое длинное ведро.
– Тебе и не нужно, – ответил Тротт с невозмутимостью, – к тебе еда сама летит. За лаской.
Дракон со смешком махнул рукой: уел, мол, – и принялся вырезать из ветки колышки для грибов. Алина потянулась за второй птицей, но Четери подгреб добычу к себе и выразительно мотнул головой.
– Сам справлюсь. Отдохни, юная Рудлог.
– Я провожу вас к ручью, – профессор протянул ей руку, и Алина с неловкостью приняла ее. – Наберем воды, – он кивнул на колоду, – умоемся.
– А заниматься мы сегодня не будем? – спросила она, поднимаясь. Тротт тут же отступил назад.
