– Ты разочаровал меня, Кериэль. – Издевательский голос сестры донесся словно через куски ваты, которыми мне заложили уши. – Неужели за эти дни ты, не самый слабый крадуш, не смог поохотиться на смертный скот и забрать себе какую-нибудь душу, даже самую слабую? Размяк? Подружился с едой? Вычерпал себя так, что простую рану затянуть не можешь, – жалкое зрелище!
Она так легко говорила об этом, словно не считала Карела проблемой. Для эльфийки человек уже был мертв.
С трудом повернув голову, я понял причину: со спины, отделившись от теней проулка, к Карелу подкрадывался Накиэль. Конечно… чего еще стоило ожидать от сородичей. Это у людей при всей мерзости, которую они творят, удар в спину считается чем-то подлым. Мы же, эльфы, уверены, что все, ведущее к победе, допустимо.
Ненависть, вспыхнувшая ярким огнем, оказалась сильнее боли.
Я вдруг отчетливо понял, что не позволю убить Карела, даже если это будет последнее, что я сделаю.
Удивительно, но боль отступила вглубь сознания. Я все еще ощущал ее, но как-то отстраненно. Жалеть о выроненном у гостиницы отравленном кинжале времени не было. Единственным моим оружием оказался скальпель.
Келебриэль и Карел скрестили клинки. Я заметил, что человек не спешил бить в полную силу, проверяя технику эльфийки, и пока оставался в защите. Сестра же, ожидая помощи от Ангрима, игралась, ее движения походили на танец, а не на бой. Главное, что, помня о моих словах, Карел успевал контролировать не только выпады стали, но и вторую руку Келебриэль.
Отлично! Сейчас до меня нет никому дела, все уверены, что я вот-вот отдам концы. Преодолевая слабость и цепляясь за столешницу и шершавую стену кахвейни, я с трудом поднялся на ноги и сделал нетвердый шаг в сторону Накиэля. Нет, так у меня ничего не получится! Самый хилый зомби передвигается увереннее и быстрее. Ангрим успеет десять раз меня заметить и отбить удар.
Соберись, Кериэль!
Не знаю, откуда взялись силы, но, оттолкнувшись от стола и удобнее перехватив скальпель левой рукой, я бросился на Накиэля, не раздумывая воткнул в яремную вену и дернул лезвие на себя.
В лицо плеснуло горячей кровью.
Ангрим, вскинув руки к горлу, посмотрел на меня с наивной детской обидой. Будто не верил, что я переступил через нашу давнюю дружбу и убил его.
Случившимся с Накиэлем воспользовался Карел. Келебриэль отвлеклась буквально на мгновение, но его хватило, чтобы меч человека глубоко вошел в грудь эльфийки.
– Берегись!
Мой окрик опоздал.
Келебриэль в последнем судорожном движении дотянулась до запястья Карела и с силой сжала его.
Я ожидал, что на камни упадут два тела, но Карел брезгливо вырвал руку из захвата и одним движением, будто стряхивал с лезвия налипшую грязь, оттолкнул эльфийку.
– Мне дали прозвище лорд Мертвец не просто так, – сообщил он ровным голосом, словно Келебриэль могла его слышать, после чего повернулся ко мне. – Ты еще жив? – с удивлением заметил Карел, и я не услышал в его голосе радости – только тревогу.
Внимательный напряженный взгляд Киара был устремлен почему-то не на мое лицо, а на грудь, и выглядел он так, будто ожидал нападения.
– Невероятно, но жив, – прохрипел в ответ.
Для меня действительно оставалось загадкой, почему я пребывал еще на этом свете и даже ощущал себя гораздо лучше, чем несколько минут назад.
– Посмотри вниз, – посоветовал Карел.
Я опустил взгляд и не сдержался от испуганного вскрика: из глубокой раны на груди тянулось несколько темных щупалец, они шарили по истрепанной рубашке, с жадностью слизывая кровь Ангрима, испачкавшую ткань. А поглотив последние капли, потянулись вперед, будто надеялись найти еще что-нибудь или, вероятнее, кого-нибудь. Здоровой рукой я попытался схватить одно из них, но пальцы прошли через щупальце насквозь – чернильные сгустки были абсолютно бесплотны.
Правую руку, до того повисшую бесполезной плетью, прошил разряд яркой, как молния, боли. Подняв конечность перед собой, я почти не удивился, увидев, как из места перелома тянется еще одно щупальце.
– Что ты такое? – Тихий вопрос Карела застал меня врасплох.
В смысле «что»?! А много вариантов?
Или же это… мысль напугала меня до холодка, пробежавшего по позвоночнику. Похоже, души, которые я извлек из мертвых крадушей, значительно отличались от всего, с чем я сталкивался ранее. Когда я решил выпить содержимое флакона, не думал, что проживу дольше пары минут. Моей целью было не допустить, чтобы темные души попали в руки собратьев или, вырвавшись на волю, навлекли беду на город.
Но, судя по тому, что я видел, последствия у моего поступка оказались серьезнее, чем я мог вообразить.
И что делать теперь, я не знал.
– Я Кериэль Квэлле, князь Эрна, моя мать была младшей сестрой Владычицы Первоземья. А еще я крадуш – крадущий души. Но быстро об этом не расскажешь, да и улица – не лучшее место. Если ты, конечно, готов меня выслушать.
Карел хмыкнул.
– А это что? – Он указал на щупальца, продолжающие голодно ощупывать воздух передо мной.
