— И замуж тоже позову, — он не удержался и подмял ее под себя. — Если ты пойдешь на работу, мы сможем встречаться без опаски, — отдышавшись, Задонский вернулся к прерванному разговору.
— Я согласна. Я согласна на все. Только я даже секретаршей не смогу твоей быть. Я ничего не умею.
— Какая секретарша? О чем ты говоришь? Ты создана только руководить. И все тебя должны слушаться, как я, — Задонский посмотрел в ее глаза.
— Руководить? — непонимающе переспросила Людмила.
— У твоего мужа есть реабилитационный центр, так ведь? Если ты изъявишь желание там работать, думаю, он тебе не откажет.
— Антон, ты его не знаешь. Конечно, откажет. У нас еще тот домострой.
— Постой, — перебил ее Задонский. — Чтобы не отказал, надо время правильно подгадать. И потом, ты будешь специалистом по связям. Вроде и на работе, а работы никакой. Позже я заключу договор о сотрудничестве с твоим мужем. И мы сможем встречаться без опаски.
Идея Людмиле не понравилась. Она не понимала, зачем ехать для встречи к черту на кулички, когда можно комфортно встречаться в любой гостинице.
После встречи Задонский перестал ей звонить и не отвечал на ее звонки. Без него она смогла прожить несколько дней, а потом отправила эсэмэску с одним словом — «согласна».
Первый этап в борьбе за центр Задонский легко выиграл!
Дальше было проще. Перед тем как предложить Ивану Савицкому совместный проект, он уже знал все его болевые точки, одной из которых была сыновья любовь к матери. На этом он и сыграл. И остался доволен собой. Центр, как и Людмила, теперь был в его полном распоряжении.
Кто и когда придумал работу? Может, никто понарошку ничего и не придумывал. Откатил человек на заре своего развития камень от пещеры, открыл дверь в мир, чтобы светлее было в его человеческом доме. Вечером обратно прикатил, закрыл дверь, чтобы теплее было. В результате его стараний и получилась работа. И возится с тех пор человечество с камнями разной степени тяжести, нужности и важности.
Время от безделья еле тянулось. Саша с надеждой посмотрела на наручные часы, потом перевела взгляд на стену. Стрелка, как намагниченная, замерла на десяти утра.
В городской больнице, за тысячу километров от этого райского уголка, еще не окончился утренний обход. Потом поступят новые больные. Обязательно потревожит приемное отделение, и Дудник начнет сверять, чья очередь спускаться на первый этаж. Во второй половине постовая медсестра принесет журнал консультаций, и опять Дудник все консультации разделит поровну, выбрав себе по возможности женщин. А потом окончится рабочий день, и она будет спешить домой, чтобы приготовить Стрельникову ужин. А потом наступит похожее на сегодня, как близнец, завтра. И главное заключалось в том, что она очень любила приход этого предсказуемого завтра.
— Елена, откуда взялась в центре эта Андреева? — Крапивин нервно забарабанил пальцами по столу.
Ответ Куриленко его не интересовал. Ему действительно было все равно, откуда взялась Андреева. Да хоть с Марса прилетела. Просто он не нашел более подходящего повода, чтобы зайти к Елене, и завел разговор ради самого разговора, спросив о Саше.
— Протеже Савицкого, — нехотя ответила Елена.
— А подруга твоя что говорит? — не унимался Крапивин.
— То и говорит, что у Ивана столько друзей и знакомых, что в центре могут работать не только их дочери, но и сыновья. Как она тебе?
— Что ты имеешь в виду?
— Господи, Сергей! Как врач, как человек?
— Я чего и зашел к тебе. Ты бы сама присмотрелась к ней. Мне кажется, она появилась здесь неспроста.
Елена прикрыла ладонью глаза. Начинается. Пить надо меньше, тогда и казаться будет меньше.
— Врач она, конечно, грамотный. Добросовестная. Все время возится с этим Колей. И знаешь, результат есть.
Результат действительно был. Крапивин и сам не ожидал, что такое может быть. Саша звонила каждый день в Москву какому-то профессору Качесову и подробно рассказывала ему о Васильцове и также подробно что-то писала под его диктовку, после чего напрягала отвыкших от работы инструкторов и массажистов.
— Все хорошо, только она постоянно интересуется пациентами со второго этажа. Спрашивала, зачем там кодовый замок на дверях.
— А ты? — Елена напряженно посмотрела на Крапивина.
— Сказал, что там буйная Дроздовская. Чтобы все под контролем было.
Саша ему не поверила. Он это понял по тому, как она быстро опустила голову и начала писать дневник, скорее всего, того же Васильцова.
— Помощь мне свою предлагала, говорит, могу провести вместо вас обход.
— Надеюсь, от помощи ты отказался?
— С чего это? Говорю, вот вернусь от главврача и пойдешь.
— Ты с ума сошел? — не на шутку перепугалась Елена.
Вот такой немного беспомощной и перепуганной она ему нравилась больше всего.
— Я пошутил, — признался Крапивин.
Елена неодобрительно посмотрела на сидящего напротив нее мужчину и покачала головой.
— Предупрежу Ларису, чтобы Андреева без присмотра не оставалась на этаже. Хотя чего ей туда ходить? Если у тебя все, тогда давай займемся работой.
