— Договорились в обед.
— Тогда завтракай, и до обеда мы все успеем.
Что именно они успеют до обеда, Стрельников не стал объяснять.
Выйдя из дома, она с сожалением посмотрела на припаркованную возле подъезда машину.
— На метро быстрее, — объяснил Стрельников, поймав ее взгляд. — Подземка не знает ни пробок, ни заторов.
По первому адресу дверь никто не открыл. Пришлось ни с чем возвращаться обратно к метро. Благо не надо толкаться в переполненном автобусе.
На площади Льва Толстого в квартире, где проживала покойная Ирина Владиславовна Земина, квартиру снимала молодая семья. Естественно, их не было смысла спрашивать, как квартирная хозяйка приобрела квартиру да еще и через какое агентство.
Повезло им только с третьего раза.
Павел нажал на звонок. В квартире послышался шорох, шаркающие шаги, после чего дверь приоткрылась.
— Вам кого, молодые люди? — На счастье, женщина оказалась приветливой и доброжелательной.
— Извините за беспокойство, мы проводим соцопрос. Нас интересует, довольны ли вы работой агентства «Золотая весна», через которое приобрели квартиру?
— Боюсь, я вам ничем не помогу. Мы действительно недавно купили квартиру. И очень довольны, но только агентство другое — «Крещатик-Плюс».
Остальные квартиры тоже были приобретены через агентство «Крещатик-Плюс». Они попрощались и, спустившись на первый этаж, решили зайти в ресторан неподалеку.
— Что же нам делать с этим? — спросила Саша, как только официант, приняв заказ Стрельникова, отошел от их столика.
Этот вопрос ее волновал со вчерашнего вечера с той лишь разницей, что тогда у нее еще оставалась хотя бы слабенькая надежда на то, что Стрельников ошибается в своих предположениях.
— Надо срочно поговорить с твоим отцом. — Стрельников увидел, как тень пробежала по лицу Саши.
— Паша, ты думаешь, он в этом замешан?
— Не знаю. Скорее «да». Хотя аферу можно провернуть и без него, но сложнее. Деньги, заметь, огромные, дело поставлено на поток. Для этого надо мозги иметь.
— Может, это Елена?
— Теоретически может. А практически одной ей не справиться.
— И всех этих старушек попробуй найти.
— Стариков найти несложно. Достаточно иметь нужного человека в собесе. Даже в поликлинике можно узнать. За деньги можно купить любую информацию. Затем они получали путевку в центр. От кого — мы не знаем.
— Агнесса говорила, что путевку приносила девушка, а оплачивал путевку благотворительный фонд «Рука помощи», возглавляемый Задонским. Получается слаженная и довольно короткая цепочка. Людей задействовано мало. Но все равно за этим всем стоит тот, кто все это организовывает и контролирует.
— Ты думаешь, мой отец?
— Может, и отец, — неуверенно сказал Стрельников, — а может, Задонский. Но вместе им было бы сподручней.
Он перевел взгляд с Саши на потолок.
Потолок, сделанный из каната, ему нравился. Да и не только потолок. Тридцать километров каната, потраченного на интерьер ресторана, образовывали стада морских барашков на стенах и потолке и напоминали Стрельникову о море, Севастополе и родителях.
— Давай я поеду с тобой.
— Я должна сама поговорить с ним.
Оставив Стрельникова в одиночестве пить кофе, Саша поехала на Крещатик. И вот теперь, не чувствуя ног от усталости, она сидела в кафе, ожидая Савицкого.
Тоненькая пластиковая папка, по которой она нервно барабанила пальцами, содержащая всего две странички, обжигала руку.
Саша боялась этой папки, как боялась, что Савицкий не поверит информации, а еще хуже — начнет оправдываться, и она все поймет. От этих мыслей Саше стало совсем противно на душе.
В огромное окно, похожее на экран кинотеатра, Саша увидела, как из подъехавшей машины медленно вышел Иван Андреевич. Неуверенной старческой походкой он шел ко входу в кафе.
Мужчина, словно вставленный в обрамление дорогой одежды, теперь отдаленно напоминал Ивана Андреевича.
Когда-то давным-давно, еще в детском саду, она вместе с остальными детьми фотографировалась в бутафорском костюме. Мальчишки понарошку превращались в космонавтов и капитанов дальнего плавания.
Саша выбрала костюм принцессы. Уж очень красивым было огромное бирюзовое платье с маленькой блестящей короной на голове. На фотографии все оказалось чужим, только веселые глаза, улыбка и сложенные на груди руки принадлежали ей. Вот такая получилась принцесса.
Вблизи Иван Андреевич еще больше походил на бутафорный снимок. Одежда висела, как с чужого плеча, лицо осунулось.
Заказав негазированную воду, Савицкий непонимающим взглядом смотрел на Сашу. Ей даже показалось, что он ее не узнает.
— Как вы себя чувствуете?
— Как я себя чувствую? — переспросил Иван Андреевич. — Как всегда. Хорошо.
— Скажите, вы лекарство принимаете? Может, вам жена дает какие-то таблетки?
Вопрос сорвался неожиданно.
В памяти всплыл эпизод, когда в подвале женщина тоже говорила о больном муже. Выходит, там были Людмила и Задонский? Как она не догадалась раньше!
— Таблетки? Люда? Нет. Устал я сегодня. День тяжелый.
Савицкий отвечал с запинками, обдумывая каждое слово.
— У меня несколько вопросов к вам по поводу центра.
— По центру? Так это лучше к Вере. Я позвоню. Она все решит. А я домой.
