Край пандуса посадочного модуля не доставал до земли, тогда один из чужих запрыгнул на него и двинулся прямо на солдат, пуская слюни.
– Стреляем одновременно! – крикнула Козловски, подняла собственное ружье и выстрелила.
Взрывной поток, направленный на чужого, оказался настолько мощным, что поднял чудовище на метр и отбросил назад на целых десять. Это было чертовски здорово! В воздухе тело монстра разлетелось на куски.
– Смотрите, чтобы это дерьмо не попало на корпус! – крикнула Козловски. – А теперь вперед!
Солдаты были обучены правильному построению, поэтому первыми двинулись те, кто был вооружен плазменным оружием. За ними катилась самоходная тележка с запасом дополнительного оружия, боеприпасов, а также автоматическим огнеметом, управляемым с «Муравьеда». Как только первые четыре морпеха очистили низ трапа, они спустились и сразу начали стрелять. Огненная волна обрушилась на пятерых ксеноморфов, которые сцепились друг с другом в рукопашной схватке.
Все они тут же сгорели в адском пламени.
Козловски и остальные солдаты в мгновение ока замкнули строй, выбирая цель. Алекс казалось, будто она только что проглотила пару таблеток «Ксено-Зипа». Что это было? Адреналин? Да, а еще боевой азарт. Прошло уже много времени с тех пор, как она последний раз сражалась с чужими, и ничто не могло заставить сердце этой женщины биться быстрее, чем шанс прикончить жука.
– Стреляйте! – скомандовала Козловски.
Она спрыгнула с трапа и повернулась назад, чтобы взять на прицел нижнюю часть корабля. Между землей и челноком было пространство в семь метров, и оно полностью находилось в тени. Вряд ли чудовище могло туда просочиться, но чем черт не шутит.
Козловски нажала кнопку на устройстве связи:
– Включите освещение в нижней части корабля!
– Вас понял.
Свет включился, однако еще до этого она услышала злобное шипение.
– Вот черт!
Внезапно Алекс заметила, что один из чужих двигается в ее сторону.
Все, кто остался на «Муравьеде», спустились в центр управления и столпились возле капрала Шеймуса О’Коннора, наблюдая за бурными событиями с экранов мониторов.
У Дэниела Гранта от головокружительных побед солдат по спине бегали мурашки.
«Вот это зрелище!»
Какие бы сомнения он ни испытывал в отношении профессионализма морпехов, они исчезли уже через несколько секунд боя, когда отряд перестроился веером и открыл огонь на поражение. Тактика чужих казалась Гранту довольно простой: нападать и уничтожать. Стратегия морпехов не была сложнее: разнести этих тварей на куски.
Солдаты действовали как высокоточные роботы. Свою цель они поражали насмерть. Все происходящее напоминало какое-то жутковатое шоу с использованием пиротехники. Гранту даже захотелось, чтобы заиграла подходящая музыка.
О’Коннор был так же впечатлен, как и Грант.
– Ого! – сказал капрал и повернулся к доктору Бегалли. – Похоже, ваши скафандры работают отлично. Раньше нельзя было стрелять по ксеноморфам с близких дистанций.
«Еще бы», – подумал Грант.
Радиевые пули, плазменные ружья и брошенные взрывчатки рвали хитиновые экзоскелеты чужих, и те взрывались как гнилые помидоры, под которые положили петарду М-80. Их «кровь» – отвратительный зеленый ихор – разлеталась в разные стороны, попадая на белые скафандры и шлемы морпехов.
Оболочка скафандров разрывалась, оттуда вытекала жидкость, нейтрализующая смертельно опасную кислоту, а затем повреждение «зарастало». От кислоты никто не пострадал, но солдаты все равно предпочитали стрелять по коленям, как объясняла им Козловски, а уж когда чужой падал, старались попасть ему в голову. Что бы они ни делали и какой бы ни был план, было ясно, что справляются морпехи очень хорошо. И даже когда от кислоты в земле оставались ямы, они и здесь могли продемонстрировать свои умения.
Особенно впечатляли действия капрала Хенриксона. Подобно Джаггернауту[20] он быстро и ловко перемещался по полю боя, а его плазменное ружье изрыгало непрерывный огонь. Чужие, словно на ускоренной пленке, отправлялись прямо в адское пламя на верную смерть.
– Вы только посмотрите на Хенриксона! – сказал Грант.
– Да, неплохо, – согласился Бегалли. – Он один стоит целой армии.
– Ходят слухи, будто он синтетик, – сказал О’Коннор.
– Какая к черту разница? – спросил Грант. – Он делает свою работу, и делает ее хорошо!
Доктор Бегалли кивнул:
– Это правда, с такими солдатами мы точно проникнем в улей.
Грант взглянул на доктора Бегалли как раз вовремя, чтобы заметить странное выражение, которое мельком появилось на его лице. Он напоминал крысу, которая перед входом в лабиринт обдумывает как быстрее добраться до расположенного на другом конце сыра.
Но с другой стороны, Бегалли всегда поражал Гранта своими странностями, поэтому Дэниел тут же забыл об увиденном и повернулся к экрану, на котором продолжалась кровавая битва.
Не хватало еще пива и орешков.
Огромный жук, который находился прямо под кораблем, наступал на Козловски. Словно взбесившийся динозавр, он приближался к своей жертве с мягким брюхом, чтобы отведать ее крови.
– Только попробуй, ублюдок, – сказала Козловски и вскинула ружье.
