Он уже развернулся домой и собирался набирать высоту для пересечения линии фронта когда впереди, прямо по курсу, увидел маленькую черточку. Эта черточка лениво ходила кругами над линией фронта, мелькая в редких облаках. Она была похожа на орла, что парит над степью, выслеживая добычу. Похоже на вражеского разведчика - Виктор замер в предвкушении боя. Встречи с разведчиком он жаждал - после своей первой воздушной победы, они казались ему беззащитной добычей. Однако, внимательно осмотревшись, он увидел еще две черточки. Они были в стороне и гораздо выше, выписывая в небе замысловатые кренделя, видимо охраняли своего подопечного. Все сразу стало понятно - разведчик или корректировщик и прикрывающая его пара мессершмиттов. Желание атаковать у Виктора сразу пропало, тут бы дому живым дойти. Да и мимо пролетать стало тоже рискованно - враги могут его увидеть или с земли по радио наведут. Эти могут, взаимодействие у немцев налажено хорошо. В бескрайнем сером небе внезапно стало тесновато. Он заложил крутой вираж и поспешил обратно, вглубь вражеской территории. В кабине стало жарко, он непрерывно осматривался, стараясь увидеть все небо сразу, однако, к счастью, враги, похоже, не заметили его - их самолеты растаяли в сером небе далеко позади.
Вроде пронесло, он размазал перчаткой заливающий глаза пот и начал торопливо набирать высоту. Увидев прямо по курсу приближающийся хутор, отвернул, чтобы не засекли. Насколько он знал, ВНОС у немцев работало хорошо. Наконец долгожданные пять километров высоты набраны. МиГ, на высоте словно превратился в породистого жеребца, сразу стал более резвым, выросла скорость, и, как ему показалось, стал лучше управляться. “Вот теперь другое дело” - он криво улыбнулся сам себе и снова развернул истребитель обратно, забирая влево. “Теперь главное не торопиться, немцы никуда не денутся” - твердил он сам, как заведенный. Немного потряхивало от нервного напряжения, но голова работала ясно, Виктор превратился в расчетливого охотника.
Черные точки немецких истребителей появились примерно там, где он и ожидал, севернее места их первоначальной встречи. Но теперь козыри были на его стороне. МиГ трясся от скорости словно лихорадочный больной, мотор ревел на максимальных оборотах он был выше, прикрывался солнцем и главное, он заходил с той стороны, откуда немцы меньше всего ожидали нападения. Враги стремительно приближались, быстро вырастая в размерах. Поначалу это были просто две точки. Потом превратились в черточки, вскоре у них стал ясно виден фюзеляж, рули, отчетливо проявились кресты. Ведомый, выбранный жертвой неожиданно отвернул в сторону, то ли заметил опасность, а может просто перестраивался, и Виктору, пришлось атаковать ведущего. Доворачивать было очень непросто, на большой скорости машина “одеревенела”, плохо слушалась органов управления, больше напоминая летящее вперед бревно. Однако он все-таки сумел загнать тонкий силуэт врага в прицел. В эти секунды он весь сжался словно пружина, мелко трясясь от огромного нервного напряжения. Когда он нажимал на гашетки, пальцы были словно чужие. Тонкие нитки трассеров сперва мелькнули впереди-справа вражеского самолета, потом пропали в моторе врага, ткнулись в район кабины и скользнули к хвосту, прошивая фюзеляж мессера словно швейная машинка ткань. Виктор с трудом отнял пальцы от гашеток и наваливаясь всем телом на ручку направления, чтобы избежать столкновения. МиГ и мессершмитт разминулись в считанных метрах - охотник и его незадачливая жертва. Виктор так и продолжил нестись дальше вжимаясь в бронеспинку, опасаясь атаки второго врага. Наконец он немного отвернул и осмотрелся. Далеко внизу крутился в прощальном штопоре падающий мессер. Он не парил пробитым радиатором, не горел, не дымился, просто падал в штопоре, с каждой секундой приближаясь к земле. Ни ведомого немца, ни разведчика видно не было. Избегая внезапной атаки снизу, он довернул к виднеющимся внизу облакам, снова разгоняясь. И только когда белая вата окутала кабину его истребителя, он расслабился и глупо рассмеялся распираемый от переполняющего его счастья…
