— На вопрос, «Что с нами будут делать?» вы все равно не ответите подробно? — первой начала Жанна. Мексиканец кивнул головой в знак согласия. — Тогда, может, в шутку рассмотрим возможность выхода или побега отсюда? — продолжила женщина, — Это действительно что-то вроде шутки, понимаю, что отсюда не выйдешь легко, но и спрашивать сейчас особо не о чем, — поправилась она быстро, видя сузившиеся глаза их визави.
Мексиканец внимательно посмотрел на женщину. Та не отвела глаз, ответив ему легкой кокетливой улыбкой, как будто речь шла о небольшой прогулке по местным достопримечательностям.
«Сам напросился, вот и получи» — говорил ее взгляд. Но внешне она выглядела беззаботно, как может только женщина, изображая абсолютную невинность, говоря всей своей позой и мимикой лица, что она здесь совершенно не при чем, это все ваши, мужские игры с жизнью. Чего ей это стоило, знала только она, да пожалуй, мог догадываться Антон.
Она только сейчас начала привыкать к резко изменившейся реальности. До этого все напоминало то ли дурное кино, то ли сон, который явно затянулся. Казалось, ситуация безнадежна, не возьмешь в руки старый добрый автомат и не полоснешь от души, выпустив мгновенно рожок, круша все вокруг. И лучше, разрывными пулями. А так хочется почувствовать, как передергивается затвор под твоими пальцами. Как первый патрон входит в патронник, для выполнения своей миссии. Как он вылетает из ствола, а за ним тянутся остальные, находя свои цели, столь важные для них и тебя тоже. Вот была бы приятная картина. Она слегка встряхнула головой. Что за наваждение. Здесь не постреляешь навскидку, не войдешь в состояние адреналинового транса, когда одни ценности резко исчезают из твоей головы, и быстро заменяются другими. Нет, здесь ведь братья по разуму. Век бы таких братьев не видеть!
Кстати, что там насчет разума? Если у нас нет привычного оружия, то стоит воспользоваться тем, что мы имеем, что дала нам природа и чем мы пока отличаемся от наших «коллег» по планете. Тех, кто вместе с нами делит земную твердь и играет свои роли в эволюции.
Значит Разум! Конечно, возможно мы еще не доросли до этих серых ребят по возможностям использования этого инструмента. Но мы его имеем и понимаем, что реальность поддается осознанному воздействию. Что она очень реагирует на устойчивые мысли, на намерения, выраженные в концентрированном посыле. И вообще, если бы человек мог бы сознательно использовать хотя бы процентов двадцать пять возможностей своего разума и подсознания то, наверное, приравнялся бы к богам для большинства людей сегодня. Впрочем, как и сто лет назад.
Тем более и ей и Антону в прошлом приходилось использовать некоторые возможности мозга с повышенной отдачей, в трансовых состояниях. В основном, это были командировки в различные восточно — азиатские страны. Правда, тогда они еще не были знакомы, а жаль!
Могли бы там наворотить много, если бы были по одну сторону баррикад. Обидно, что в последние годы, она не уделяла должного внимания более глубокому овладению возможностями своего разума. Считала, что работа с максимальной самоотдачей для нее закончилась, и что сейчас ничего такого уже не предвидится. Но нет, судьба посчитала иначе. Ах, как бы сейчас все это пригодилось! Хорошо, придется обойтись тем, что уже наработано.
Она снова вернулась в реальность и огляделась. Мужчины внимательно на нее смотрели, чего — то видимо ожидая. То ли действий, то ли слов. Сколько же она отсутствовала в своих мыслях? Нет, не должно быть много.
— Ну что Мексиканец. Вижу, тебе пока нечего сказать. Ладно, ты командуешь сейчас парадом? Вот и командуй.
Она взяла куртку, свою небольшую сумочку и приготовилась выполнять команды их сопровождающего. Антон тоже все основные вещи положил в карманы, сразу натянул куртку, хотя температура в помещении, да и за ним, была вполне комфортной. Они присели, выжидательно глядя на мужчину напротив. Тот не спешил отдавать какие-то команды, а сидел, погрузившись в свои размышления. Ему не мешали ненужными вопросами, понимая, что вполне возможно он взвешивает шансы на помощь им.
Но может и совсем наоборот, в какой момент их лучше всего сдать, так сказать местным властям и возможно, получить некие преференции, выгодные для него. Жалко, нельзя было прочитать его мысли, но обрывки эмоционального фона доходили и до них. Сейчас у Антона, да и у Жанны тоже, обострились все основные инстинкты, интуиция вылезла из своего закутка. Просто стоял вопрос выживания, и им предстояло поработать на пределе своих возможностей.
Мексиканец задумчиво покачал головой, уставившись взглядом в стену напротив, чему-то коротко рассмеялся, развернулся, наконец, к ним лицом, хлопнув ладонями по коленям:
— Ну что дамы и господа, — произнес он с улыбкой. — Начинается новый день и надо ему соответствовать. Сегодня живем по плану, что я вам изложил недавно. А завтра, как говорится, будет день и будет пища. Заберу вас возможно вечером, но на обед будет другой сопровождающий.
— А когда мы сможем самостоятельно тут гулять? — поинтересовался Антон.
