– А что? Разве не справедливо? – ухмыльнулся Мишка. – Тогда вот еще один: если что-то очень хочется сделать – это или аморально, или запрещено, или вредно для фигуры. Под последним подразумевается, конечно, истина…
– Да пошел ты!.. – окончательно разозлился Антон. – Никогда от тебя ничего хорошего не дождешься. Хоть бы одно дельное предложение сделал.
– А знаешь, что… – неожиданно сказал Шайкин. – Надо нам поискать людей из близкого окружения Еременко. Возможно, кто-то из них что и знает.
Мишкина мысль показалось Перегудову интересной. Да и Иришка предлагала нечто подобное… А ведь действительно люди, окружавшие маршала, могут знать что-то такое, что откроет путь к истине.
С этого момента Антон изменил круг поисков. Но шли дни, а они все так же оставались безрезультатными.
Перегудов узнал в архивах имена заместителей Еременко во время войны, его адъютантов и порученцев. Но большинства из них уже не было в живых, а кое-кто просто затерялся за долгие послевоенные годы: страна-то у нас огромная. И у Антона снова опускались руки: он все чаще подумывал, что никогда уже не сможет узнать правду…
Прошло еще полтора месяца. Зима закрутила основательно. Москву засыпали сугробы. Морозы стояли под тридцать градусов. Антон начал потихоньку работать над новым романом.
Назвал он его «Берег живого золота». Перегудов давно задумал написать эту книгу – с тех пор, как услышал поистине необыкновенную историю острова Тюлений, где в Охотском море расположено одно из четырех существующих в мире котиковых лежбищ. Перегудов сумел побывать там дважды.
В самом конце войны здесь столкнулись интересы трех государств: Советского Союза, Японии и Америки. Этот богатейший кусок земли с 1905 года принадлежал японцам. Они ежегодно имели с него огромные барыши, хотя, по сути, остров был исстари русским национальным богатством. И в сорок пятом мы решили вернуть его себе. Послали туда батальон десантников. Японцы же, чтобы богатство такое не досталось нам, решили залить остров нефтью, от которой котики погибают. Американцы тоже вмешались, рассчитывая, естественно, получить свою долю в прибылях. Они послали в Охотское море эсминец с морской пехотой. Первыми прибыли на Кайхен (остров тогда назывался так) его тогдашние владельцы. Но их «работу» прервали наши десантники. А уж потом подоспели американцы. И наши отсалютовали им: «Спасибо, союзнички. В помощи не нуждаемся. Остров освобожден Красной армией».
Вот эту любопытную историю Антон и положил в основу своего нового романа. Во-первых, это было интересно, во-вторых, мало кому ведомо, и, в-третьих, наконец, – во имя справедливости. Надо же показать, что русские земли должны навсегда быть в составе своего Отечества…
Работа над романом шла медленно и тяжеловато. Во всяком случае, не так, как обычно. Раньше Антон писал свои книги, что называется, взахлеб, иногда месяцами не вставал из-за рабочего стола. Правда, тогда ему здорово помогала Женя… Теперь ее уже не было. И из-за истории, сведшей в могилу старого друга, Перегудов все время чувствовал острую неудовлетворенность…
И все-таки разгадка тайны орденов Ивана Панарина пришла! И довольно неожиданно. Совершенно случайно Антон познакомился на приеме у Министра обороны с одним ветераном-полковником. Когда после застолья они разговорились, тот сказал в ответ на сетования Перегудова:
– А вы сходите, к такому-то…
И дал адрес. Оказывается, тот, кого назвал полковник, был одно время чуть ли не ординарцем Еременко.
Получив адрес, Антон на другой же день отправился по нему. Дверь ему открыл высокий седой старик с острым лицом, испещренном глубокими морщинами. На вид ему было за девяносто.
Ветеран пригласил Перегудова в комнату, но, когда узнал, в чем дело, нахмурился.
– Ну и что я вам должен рассказать? – буркнул он сердито. – Ничего такого я не знаю!
Антон понял, что если не убедит старика в своей правоте, то ничего не добьется. А знает тот, видно, немало – это Перегудов чувствовал. И тогда он, волнуясь и дрожа от возбуждения, поведал ветерану историю орденов Панарина, за которую тот так страшно поплатился.
– Поймите! – воскликнул Антон. – Во имя памяти честного фронтовика-писателя нужна правда!
Старик долго молчал, глядя на него исподлобья. Наконец тихо обронил:
– Мне ведь тоже немного осталось жить на этом свете. Чувствую. Девяносто седьмой годок разменял. И брать грех на свою душу…
Он умолк и уронил голову. Перегудов понял, что этот человек все знает, и взмолился:
– Ну, ради всего святого!.. Умоляю вас…
– Вы же меня опозорите, – тихо протянул старик.
– Клянусь вам, что нет!
Ветеран посмотрел на него слегка прищуренным и пытливым взглядом и еле слышно проговорил:
– Не знаю почему, но я верю вам.
– Обещаю даже имени вашего не называть! – вырвалось у Антона.
– Хорошо. Я согласен. Слушайте же…
И старик, назвать которого Перегудов решил майором (таково его настоящее звание) Сергеевым, поведал все, как было…
