Не в этом ли причина моего неожиданно возникшего стремления к самостоятельности? Я не доверял Ловинскому и не желал больше рабски трудиться на интересы Комора. Я мог рассчитывать только на себя, но в одиночку невозможно установить контроль над «Рендболлом». Нужны были новые союзники, новые друзья. Сидя взаперти, немногого добьешься.
И тут я впервые заметил, что не работавшие до сих пор сканеры в моей камере включены… Наш разговор подслушивался. События начали развиваться стремительно, словно кто-то отпустил туго натянутую тетиву.
Лоуэлл вернулся в кабинет раздосадованный и совершенно неудовлетворенный ходом своей собственной операции. Несмотря на хорошо продуманный план, узнать ничего стоящего так и не удалось. Ни его личное присутствие на совещании заговорщиков с Крайневым, ни организованное без ведома капитана прослушивание не помогли ему установить главного – чем простой штурман мог до такой степени заинтересовать две самые могущественные организации империи.
А время поджимало. Лоуэлл прекрасно понимал, что скрытое на рейдере спецподразделение долго там не останется. Оно вот-вот приступит к выполнению основного задания, и Крайнов вместе со своей тайной уплывет от него навсегда. Все честолюбивые планы придется тогда отставить.
Конечно, можно было сыграть в хорошего служаку, доложить в центр о готовящемся восстании, о раскрытии им лично целого заговора – это принесло бы ему повышение в звании по крайней мере на два пункта. Но не более того… Такая перспектива совершенно не удовлетворяла неожиданно пробудившиеся аппетиты молодого лейтенанта.
Сбросив отвратительный синий костюм инженерной службы, Лоуэлл облачился в привычную и удобную форму. Сама одежда не много значила, но она помогла ему вновь обрести утраченную уверенность в себе.
Единственное, что сулило хоть какой-то успех в сложившейся ситуации, – это оттяжка или срыв задания спецгруппы. Только это позволило бы ему выиграть необходимое время и самому разобраться с Крайневым. Но как это сделать? С космодесантниками шутки плохи…
– Я придумаю что-нибудь. Я обязательно придумаю! – как заклинание произнес Лоуэлл вслух и не заметил, что после этой фразы экран давно сгоревшего монитора на нижней полке стеллажа непонятным образом замерцал под толстым слоем пыли и давно обесточенный прибор вновь обрел утраченную жизнь.
Шестеро десантников из спецподразделения капитана Мейлера отчаянно скучали, полностью изолированные от команды крейсера.
Изматывающее нервы непонятное ожидание, соблюдение первой группы секретности и вообще вся эта странная операция по захвату одного-единственного человека, находящегося к тому же под арестом, действовали на людей нелучшим образом. Задание на первый взгляд казалось слишком простым для полностью укомплектованного десантного звена. Такое подразделение в случае необходимости могло захватить город или взять под свой контроль корабль типа «Рендболл» – и вдруг приказ: доставить на базу одного-единственного человека. Они привыкли не доверять простым и легким с первого взгляда заданиям. Разговоры в кубрике давно уже не нравились Мейлеру. Он ждал лишь повода, чтобы вмешаться и пресечь подспудно зреющее недовольство.
– Сидим тут, как крысы в мешке, а наверху решают, когда нас бросить в очередное пекло!
– Кто он такой, этот космик, ради которого нас сюда прислали?
– Начальству виднее, кто он и зачем понадобился! – решительно вмешался Мейлер. – Наше дело выполнять приказ! Начинаем через пятнадцать минут!
Эта долгожданная фраза вызвала в кубрике десантников оживление, которое можно было сравнить разве что с получением внеочередной увольнительной на берег.
Мейлер, считавший излишним любые напутствия и указания перед самым началом операции, на этот раз не удержался от замечания:
– Чтобы все было тихо. Арестованного доставите на рейдер без единой царапины.
Они бежали по кормовым палубам «Рендболла», разбившись на три двойки, в точном соответствии с инструкцией.
Случайно встреченные матросы палубных команд мгновенно отключались выстрелами парализаторов. Придя в себя через час, они могли лишь вспомнить сверкнувшую перед глазами синеватую вспышку да каких-то крабообразных чудищ, на которых походили люди, облаченные в скафандры высшей биологической защиты.
Один только Мейлер выглядел в этой стремительно передвигающейся группе инородным телом. Он был в темном облегающем спецкостюме без защиты и походил скорее на аквалангиста, чем на десантника. Но внешний вид этого седого, слегка сгорбленного от постоянных тренировок воина был обманчив. В случае необходимости он мог, воспользовавшись только ему одному доверенной прямой телепа-связью с центральным компьютером корабля, вызвать для их поддержки всю энергетическую мощь генераторов крейсера.
