– Да, да, я быстро. Одна нога здесь, другая там.
– Димка, ты где?
– Я тут, Люсь.
– Подойди ближе, я хочу тебя увидеть.
Ошалевший Димон встал в изголовье кровати.
– Как ты?
– Мне нечем тебя обрадовать. У меня жар… Во рту пересохло.
Димон взял с тумбочки стакан воды.
– Нет, воды не хочу. Мне бы сочку сейчас. Виноградного.
– Виноградного нет. Но есть персиковый и апельсиновый. Тебе какой принести?
Люська закатила глаза и сглотнула.
– Я бы выпила виноградного, но если его нет… ладно, неси персиковый. Выпью его. Хотя хочется виноградного.
– Глебыч, где шлем, я смотаюсь на скутере в магазин.
Я посмотрел на Люську. Поймав мой взгляд, она быстро закрыла глаза.
– Шлем внизу.
Димон вышел.
– Тебе не стыдно? – спросил я.
– Почему мне должно быть стыдно? Я еле держусь…
– Не ври.
– Меня укусили!
– Всего лишь клещ.
– Он мог быть инфицирован.
– Давай градусник.
– Ну, сколько там?
– Офигеть, какая высокая, – хмыкнул я.
– Сколько?
– Тридцать шесть и восемь.
– Все равно повышенная! Норма – тридцать шесть и шесть. Не дураки норму устанавливали.
– Оставить бы тебя здесь одну…
– Умирать? Давайте, идите, развлекайтесь, а я буду лежать и смотреть в потолок, мучаясь от жара.
Когда в комнату зашла Алиса, я дал ей отбой.
– Зря старалась. Температура в норме.
– Алис, он считает, я симулирую. Он меня совсем не любит, а ещё называется братом, – Люська вспомнила, что она родная внучка народной артистки и пустила слезу по системе Станиславского.
Алиса обняла Люську, начала успокаивать, на меня же накричала, заставив выйти из комнаты.
Димон привез из магазина полную сумку продуктов.
– Как Люся, ей не хуже?
– Представь себе – нет. А меня выставили, чтобы я, не травмировал психику сестры-симулянтки.
– Не говори так, Глебыч. Ей плохо.
– А мне кажется, ей очень хорошо: в центре внимания, считай, главная героиня пьесы. Ты зачем столько накупил, вроде за одним соком поехал.
– Люсе нужны витамины.
Когда Димон достал из пакета авокадо, киви, сливы и черешню, я похлопал его по спине.
– Молодец! Пять балов тебе. На киви у неё аллергия, авокадо Люська терпеть не может, а с черешней с детства в контрах.
– Да? Блин, я не знал.
– Неси сок умирающей, а то не дождется.
Оставшись в кухне, я помыл черешню и сел за стол. Алиса позвала меня наверх через час.
– Люся хочет поговорить.
– Объявит свою последнюю волю?
– Глеб!
– Шучу-шучу.
Правда, поднявшись в комнату и увидев наигранно-страдальческое лицо Люськи, я съязвил
– Всё никак коньки не отбросишь?
Люська вскочила с кровати, сбила меня с ног, начав осыпать многочисленными ударами.
– Это была шутка. Алис, Димон, оттащите укушенную, она меня убьет.
Меня душил смех, смеялись и Алиска с Димоном. Люська колотила меня минуты полторы, потом выдохлась, выпрямилась и, пнув ногой круглую подушку, тоже расхохоталась.
***
В первом часу ночи, Люська к тому времени уже передумала умирать и умяла две тарелки плова, мы снова и снова возвращались к разговору о странном поведении Геннадия и знакомстве с Тоней.
– Веселая семейка, ничего не скажешь. Злая тетка, помощник, который ночами закапывает кого-то в мешках, племянница-гот и говорящий попугай Наполеон.
– Аполлон.
– Тетка, племянница и попугай нас мало волнуют. Хотелось бы узнать, что представляет собой Геннадий.
– Как ты узнаешь, Дим?
– А у меня идея, – Люська взяла из миски несколько слив и попыталась ими жонглировать. – Тоня ведь больше не работает у Киры, так?
– Сегодня последний день занималась с Аполлоном.
– Тогда это наш шанс.
– Говори прямо, что за шанс?
– Сначала скажите, эта Тонька нормальная девчонка? В случае чего, помочь не откажется?
– Смотря о какой помощи речь.
– Пустяшная просьба. Допустим, вы знакомите меня с Тоней, и я прошу замолвить за меня словечко перед Кирой Леонидовной.
– Нереально.
– Почему?
– Потому что нереально. С какой стати она должна вас знакомить?
– А ты подумай хорошо. Тоня может представить меня лучшей подругой, которая будет вместо неё приходить к Кире и заниматься с Наполеоном.
– С Аполлоном.
– Ну да, с Аполлоном.
– Не выгорит. Тонька говорила, Кира Леонидовна её терпит. Аполлон всего-навсего причина. Не, Люсь, игра не стоит свеч.
– Если не попробуем, не узнаем. Вдруг повезет. Глеб, что скажешь?
– Мне идея не кажется безумной, но…
– Отлично.
– Я недоговорил. Вряд ли Кира Леонидовна согласится.
– В любом случае, мы ничего не теряем, ничем не рискуем. Не согласится, ладно, будем искать другие пути. Зато, если повезет, и я окажусь в их доме, – Люська потерла ладони. – Могу очень многое разнюхать. Я ж в душе настоящий Шерлок Холмс.
– А пару часов назад умирала на кровати, – засмеялся я.
– Кто старое помянет, тому глаз вон.
– Смотри, сама не захандри снова.
– Теперь у меня есть цель, хандрить некогда. Значит, договорились, утром вы знакомите меня с Тоней.
– Нет, Люсь.
– Глеб, не начинай. Что опять не так?
– Все так, но с Тоней лучше познакомить не тебя, а Алису.
– Меня? – удивилась Алиска.
– Почему Алиску?
– Как бы тебе сказать… у Алисы больше шансов.
– Так, это уже становится интересным, – Люська бросила сливовую косточку в миску и нахмурила лоб. – И чем Алиса лучше меня?
