Чужие уроки — 2005 полностью

Если в чем и проявилась неповторимая оригинальность нашего героя, так это в безрассудном вмешательстве во внешнеполитические дела. Но и тут личная заслуга Хёрста невелика: как и все без исключения выдающиеся люди Америки, он был более чем видным и ранговитым масоном. Без такой поддержки сложно выпускать газеты с заголовками типа «War? Sure!»

Резюме: Уильям Рандольф Хёрст явно не заслуживает роли демона, которую закрепили за ним представители творческой интеллигенции. Хотя бы потому, что он был подлинным (и таким редким!) гусаром в истории американского предпринимательства.

Свой замок Хёрст завещал Калифорнийскому университету. Когда ученые мужи узнали о ежегодных расходах, на содержание «объекта», они вытерли испарину со лба и вежливо отказались. Потребовалось шесть лет неимоверных усилий и политического лоббирования, пока штат Калифорния не соблаговолил принять в дар неподъемную мечту о бессмертии Уильяма Хёрста…

Сергей Голубицкий, опубликовано в журнале "Бизнес-журнал" №6 от 29 Марта 2005 года.

http://offline.business-magazine.ru/2005/67/178983/

Раз в год ватага влиятельнейших и богатейших людей планеты отодвигает дела насущные в сторону, забирается в глубь лесной чащи и на протяжении двух недель кремирует «Гнетущую Заботу», кантуется в палатках и бунгало, осушает миллионы декалитров «шардонэ», участвует в художественной самодеятельности, стреляет по тарелкам, вкушает малину, купается в Русской речке и - апофеоз! - коллективно писает на красные деревья…

Церемониймейстер: Богемцы, силою нашего братства Гнетущая Забота умерщвлена. Внемлите! Над высокими холмами звучит эпицедиум [39] Заботы.

(Бьет колокол, издалека доносится траурная мелодия. Сквозь листву деревьев проглядывают факелы. Музыка и свет приближаются.)

Церемониймейстер: Вот образ нашего врага - его доставят к нам во исполнение древнего обычая!

(Музыка утихает. Кортеж приближается под аккомпанемент барабанного боя, проходит мимо трапезного круга, по главной аллее подносят чучело Заботы к алтарю Рощи. Факелоносцы отступают к трапезному кругу, за ними следует Старая Гвардия.)

Церемониймейстер: Богемцы, пройдите к Алтарю Богемы!

(Оркестр выходит на Траффик Роуд и снова исполняет эпицедиум. Зрители проходят на свои места перед Алтарем мимо Факелоносцев, которые выстраиваются рядами справа и слева вдоль Эдвардс Роуд. Алтарь залит мягким мерцающим светом, исходящим от Лампы Братства. Излучение полной луны касается кроны дерева Хамадреяды [40]. Из глубины доносятся голоса обитателей Лесного Мира. Из древесной коры выходит Хамадреяда.)

Хамадреяда поет: Красота, сила и мир, они - твои. Они никогда не прекратятся, пока существуют холмы и деревья, пока звезды восходят ночами. И ветер как дар наполняет Храм леса. Красота - твоя, она добра, она создана для твоего наслаждения. Красота и сила, и мир, все они здесь, в месте, где ты обретаешь свободу от помыслов скорбных. О, сбрось свои печали прямо в огонь. Будь сильным вместе со священными деревьями и Духом Рощи. В своих мечтах ты перенесешься в Землю Сердечных Желаний.

(Хамадреяда снова исчезает в дереве. Освещение блекнет. Теперь Алтарь залит только лунным светом. Под аккомпанемент музыки Чарльза Харта появляются Верховный Жрец, его помощники и хористы.)

Верховный жрец: Филин пребывает в своем лиственном храме. Преклонимся же все мы, что в Роще, пред Ним! Восстаньте челом, о вы, древа, и пребудьте в высотах, вечные шпили! Ибо, зрите, вот пред вами Алтарь Богемии и священные столпы этого дома. Сплетающие сети пауки, вам здесь не место!