Второй подкат оказался дальновиднее: в разговоре с новоизбранным президентом Дуайтом Эйзенхауэром экономические аспекты операции британцы оставили на десерт, предложив основным блюдом мнимую поддержку Мосаддыком партии Туде и не менее мнимые его симпатии к коммунизму. «Промедление смерти подобно! Если не вмешаться сейчас, Иран окончательно подпадет под влияние Советов и окажется за Железным Занавесом! Разумеется, вместе со своими несметными запасами нефти», — сия незамысловатая логика действовала на Эйзенхауэра похлеще мулеты. Немаловажным фактором оказалось и присутствие на переговорах братьев Даллесов — Джона Фостера, госсекретаря Белого Дома, и Аллена, директора ЦРУ, в послужном списке которых, разумеется, совершенно случайным образом оказалась служба в юридической конторе Sullivan and Cromwell, представляющей интересы… Standard Oil of New Jersey, десятилетиями мечтавшей пробиться на иранский нефтяной рынок!
Как бы там ни было, обещание поделиться с американским бизнесом 40% британской концессии в Иране оказалось достойным довеском к святому делу крестового антикоммунистического похода, и Дуайт Эйзенхауэр дал роковое (в исторической перспективе) добро на прямое участие Америки в операции по свержению демократического правительства Ирана. Подготовка к операции «Аякс» пошла полным ходом!
1 The Great Game — термин, популяризированный Редьярдом Киплингом, обозначает стратегическое противостояние Российской и Британской империй в борьбе за контроль в Центральной Азии.
2 Учрежденная в 1499 году шахом Исмаилом династия (1499–1722), сформировавшая облик Персии как мусульманской империи (государственная религия — шиизм, государственный язык — фарси и т. п.)
3 Secret Intelligence Service — британская разведка, известная также под названием MI6 (МИ-6).
Опубликовано в журнале "Бизнес-журнал" №20 от 30 октября 2007 года.
Cекретный доклад агента ЦРУ Дональда Уилбера, озаглавленный как на духу — «Свержение премьер-министра Ирана Мосаддыка» — начинался весьма откровенными пассажами: «В конце 1952 года стало очевидно, что правительство Мосаддыка в Иране: не добивается взаимопонимания по нефтяному вопросу с заинтересованными западными странами; доводит незаконное дефицитное финансирование до опасного уровня; нарушает иранскую конституцию, продлевая пребывание премьер-министра на посту; руководствуется мотивами, продиктованными стремлением Мохаммеда Мосаддыка к упрочению личной власти; ведет безответственную политику, основанную на эмоциях; ослабляет власть шаха; доводит состояние иранской армии до опасной грани и поддерживает тесные связи с коммунистической партией Туде. Перечисленные обстоятельства свидетельствуют о реальной угрозе перехода Ирана по ту сторону Железного Занавеса. Если это случится, Советы будут праздновать победу в холодной войне, а Запад потерпит серьезное поражение на Среднем Востоке. Единственной возможностью исправить ситуацию является проведение тайной операции, план которой изложен в настоящем документе».
Доклад был написан в марте 1954 года, а предан гласности в октябре 1969-го, после того как Уилбер переквалифицировался из блестящего диверсанта в блестящего писателя и лектора. Классифицированный материал получил «добро» на публикацию от родного разведуправления, как нам представляется, по простой причине: в то прямолинейное время у людей еще не возникало путаницы в головах от плюрализма мнений, характерного для современной эпохи единого информационного пространства. 40 лет назад люди верили только в собственную правду и оценивали мир по собственной шкале ценностей.
Это сегодня нам кажется, что «политика, основанная на эмоциях», определяла всего лишь желание Ирана положить конец концессии, основанной на ушлости британских шпионов и ростовщиков, сумевших в начале ХХ века опутать незадачливого шаха долговыми обязательствами и замазавших взятками его придворную свиту. У современников и соотечественников Дональда Уилбера претензии Мосаддыка на справедливый раздел иранских недр не вызывали ничего, кроме холодного раздражения. В равной мере не смущало их и противоречие между анонсированной борьбой за всемирное торжество демократии и свержением демократически избранного правительства с последующей реставрацией монархии.
Непутевые русские обречены на нескончаемые сомнения в своей правоте, усугубленные оглядкой на чувства и переживания посторонних народов. А для здравомыслящего британца или американца подобная нерешительность — проявление презренной слабости: «Мы должны привести к власти правительство, готовое подписать справедливое нефтяное соглашение, превратить Иран в экономически прочное и финансово благополучное государство, а также дать решительный отпор коммунистической партии, окрепшей до опасных пределов», — радует начальство Дональд Уилбер.
