Список статей в «Бизнес-Журнале» за 2009 год.
Опубликовано в журнале "Бизнес-журнал" №1 от 10 января 2009 года.
О том, спасать ли американский автопром, Белый дом и Конгресс спорили 12 декабря 2008 года до хрипоты. Цена вопроса — 25 млрд долларов, которые администрация Буша очень хотела положить в смиренно протянутые ладошки Ford, General Motors и Chrysler. Конгресс же изо всех сил противился. Внезапно печальную логику событий нарушило экстренное сообщение, разорвавшее мировое информационное пространство: арестован семидесятилетний Бернард Мейдофф (полюбуйтесь на его фото справа), «отец» и член совета директоров электронной биржи Nasdaq, культовый трейдер, тонкий знаток финансового рынка и благодетель богатейших людей планеты!
Хохма в том, что великого «махера»1, о существовании которого еще накануне не догадывались 99,9% участников рынка, взяли по обвинению в хищении 50 млрд долларов — суммы, в два раза превышающей запросы всего американского автопрома!
Дабы общественность основательно подсела на иглу Мейдоффа, ее принялись ежедневно и по возрастающей пичкать абсурдными небылицами: оказывается, от действий Bernard L. Madoff Investment Securities LLC, одного из крупнейших маркет-мейкеров Уолл-стрит, пострадали индивидуальные инвесторы, банки, хедж-фонды и благотворительные организации не только Америки, но и всего мира. Очередь «мучеников» разрастается с каждым часом и на момент написания этой статьи включает испанский банк BBVA («убыток» в 400 млн долларов), британскую управляющую компанию Man Group (300 млн), британские банки Royal Bank of Scotland (599,3 млн) и HSBC (1 млрд), французский BNP Paribas (460 млн), японский Nomura Holdings (302 млн долларов), испанскую банковскую группу Banco Santander (2,3 млрд евро), итальянский банк UniCredit (75 млн) и французский Societe Generale (10 млн евро).
Вся эта вопиющая ересь ретранслируется по всему миру и сопровождается эпиграфами безответственных журналистов из «Золотого ключика»: «В Стране Дураков есть волшебное поле — называется Поле Чудес... На этом поле выкопай ямку, скажи три раза: «Крекс, фекс, пекс», положи в ямку золотой, засыпь землей, сверху посыпь солью, полей хорошенько и иди спать. Наутро из ямки вырастет небольшое деревце, на нем вместо листьев будут висеть золотые монеты»2.
Да, кризис доводит общественное сознание до психоза, заставляя верить самым гипертрофированным слухам. Однако вакханалия, которая раскручивается сегодня вокруг «дела Бернарда Мейдоффа», шита столь белыми нитками, что диву даешься — где же предел доверчивости и манипуляций?!
Что же на самом деле скрывается за грандиозной мистификацией, которую пресса уже поспешила окрестить «крупнейшей финансовой аферой мировой истории»? Начнем с главного: вся, абсолютно вся информация — и про «схему Понци»3, и про «50 миллиардов», и про «банкротство Bernard L. Madoff Investment Securities LLC», и про «обман инвесторов» — исходит от самого Мейдоффа. От первого до последнего слова. Заявление, поступившее в судебный магистрат Южного округа Нью-Йорка, на основании которого Мейдофф был арестован (и в тот же день выпущен под залог квартиры), составлено спецагентом ФБР Теодором Качоппи. Оно содержит единственный пункт обвинения: гипотетический обман инвесторов на сумму в 50 млрд долларов, о котором Качоппи узнал из разговора с двумя «высокопоставленными сотрудниками» Bernard L. Madoff Investment Securities LLC.
Почти одновременно с арестом Мейдоффа общественность узнала о том, что «высокопоставленными сотрудниками», якобы «заложившими» его агенту ФБР, были сыновья Бернарда — Марк и Эндрю, а всю информацию о «преступлениях» они получили непосредственно из уст отца. Догадаться о родственных связях было не сложно, поскольку все компании Бернарда Мейдоффа являют собой классический семейный подряд: сыновья, внуки, племянницы, мужья племянниц и прочая родня занимают ключевые посты по всем направлениям бизнеса.
Итак, что мы имеем? С одной стороны — самообвинение 70-летнего трейдера в чудовищном финансовом преступлении. С другой — компанию Bernard L. Madoff Investment Securities LLC, которая на протяжении 48 лет (!) пользовалась безупречной репутацией, демонстрировала стабильный, хотя и скромный (10–13% в год) доход и успешно проходила все проверки сторонних инстанций.
Бернарда Мейдоффа друзья называли не иначе как Jewish T-Bill — еврейским казначейским обязательством: можно ли придумать более высокую оценку благонадежности инвестиций? Сегодня председатель Комиссии по ценным бумагам Кристофер Кокс лицемерно сокрушается по поводу мнимого «недосмотра». Выясняется, что «комиссия получала надежные и конкретные сигналы, указывающие на правонарушения мистера Мейдоффа, однако не реагировала на них должным энергичным образом». Можно подумать, что сегодня — доказательств правонарушений хоть отбавляй!