— Твой Ричард, мужчина крупный, а яд Лабби рассчитан на более мелкую добычу, так что все обойдется. Надо только много питья и следить, чтобы больной не захлебнулся рвотой. Рвота неизбежна, но противорвотное не дам, пусть тело очищается. Сочувствую, подруга, тебя ждет незабываемое время. Главное, что противоядие вы нашли быстро, а с остальным ты и сама справишься, — такая вера вдохновляла и прибавляла сил уставшему организму. Стрессоустойчивость в последнее время у меня ни к черту, а Рада продолжала приговаривать, — Ещё моя матушка со стороны деревни выстроила защиту, чтобы змеи в село не ползли. И как до такого додумались-то? Ну, паразиты, пороть мало!
— Спасибо, Рада, я не пойду тебя провожать, хорошо? — на замечание не отреагировала, об этом пока думать совсем не хотелось. — Ой, тебе же заплатить нужно…
— Ну дури, я ничего не сделала. Васила еды какой-нибудь соберет и хватит. Я только сегодня вернулась из дальнего леса, так что могли меня и не застать. Дома осталась крупа да грибы лекарственные, шибко не наешься. Если сознание наш герой потеряет, не пугайся. Очнется.
Бледный Ричард в этот момент тихо застонал и я переключилась на него. Как ушла Рада я уже не заметила. Флин появился чуть позднее с наполненной водой поилкой, той самой, из которой он выпаивал меня в пору магического обнуления. Так и прошел остаток ночи. Напоить, вытереть пот, разбудить ночью Власа, уснувшего на соседней койке, чтобы повернул тяжелое бессознательное тело во время рвоты. Убрать, обмыть, вытереть пот, напоить. Под утро Ричард пришел в сознание, сжал мою ладонь и тихо пробормотал:
— Ты замечательная, тебе говорили? — голос сиплый и прерывистый, отчего сердце сжималось. — И добрая.
— Разве что в прошлой жизни, — пытаюсь шутить, но получается плохо.
— Значит, я буду говорить. Иди спать, и я посплю. Приступов больше не будет.
— Рада сказала — три дня выворачивать будет.
— Это для человека, а я полукровка и маг. Приступов больше не будет, я знаю.
— Уверен в этом?
— Да, иди.
— Если будет плохо, тут рядом Влас. Буди, не геройствуй.
Вышла и чуть не споткнулась. Под дверью сидел сонный Мир, тут же вскочивший на ноги.
— Извините меня, пожалуйста! — чуть ли не скороговоркой прошептал.
— Не передо мной нужно извиняться, ведь не я пострадала от твоего бездумного поступка, — и не развивая тему двинулась прочь. Выяснять отношения с подростком не было ни сил ни желания.
Вместо того чтобы отправиться спать, я на автопилоте прошла в ванную. Оказавшись в горячей воде осознала, насколько я оказывается замерзла и одеревенела. Горячая вода расслабляла тело, а с расслаблением уходил железобетонный самоконтроль, которым я взнуздывала себя пока ловили змей, пока возвращались домой и спасали Ричарда. Повторная волна ужаса, окрашенная страхом за Ричарда накатывала медленно и неотвратимо. Пришло осознание собственной идиотской импульсивности, едва не стоившей жизни хорошему человеку. Непросто человеку, а моему человеку. Тому, что исподволь стал так важен и, зачем врать самой себе, необходим. Что я там говорила Миру про необдуманность поступков? А сама-то! Ручки к змеюке протянула, героиня фигова. Ни о ком не подумала, никого не пожалела. Ни сына, ни брата, ни мужчину, который вкладывал в меня душу. Самопожертвовала уже разок и Димку сгубила, опять те же грабли. Мало меня дед Ульх носом тыкал! Мира просмотрела — радовалась, какой лидер подрастает, а что у лидера нарыв в душе, это мимо. Сколько раз порывалась с деревней разобраться, все недосуг, доски были важнее. Не плакала, я тихонько подвывала, давясь своим бессилием и долго объясняла себе на родном русском матерном, какая я дура. В чувство меня привела остывшая вода. Надо брать в себя в руки и согреваться.
«Вода смывает все печали», так вроде говорили издревле. Жаль, что стыд не смывает. Слава милосердному Арису, в сон я провалилась словно в черный омут.
Проснулась поздним утром как от толчка и в состоянии «зомби обыкновенное» привела себя в божеский вид. Ричард спал глубоким целебным сном, вызвав у меня вздох облегчения. Власа в комнате к тому моменту уже не было. А на первом этаже творилась какая-то неразбериха. Надо разогнать этих крикунов, разбудят ведь пациента. Десяток парней спорили с Флином, Власом и Троем. Тема спора ввергла меня в очередной шок. Эти паршивцы не оставили идею ловли змей, а «слава» о приключениях Мира быстро разошлась и живо обсуждалась.
— Мир смог и мы сможем!
— Мы уже взрослые!
— Да-да! Нам надо собрать денег на будущее и леди надо помочь, мы знаем что она на свои деньги всех тянет! Мы не слабаки!
Мое появление прекратило поток высказываний. Я смотрела в глаза ребятам и все отчетливей понимала, что время упущено. Они закусили удила и контроль над ситуацией потерян безвозвратно.
— Перестаньте шуметь, Ричард спит, — гвалт прекратился.
— Как он? — интересуются сразу несколько голосов.
