В красивое здание следователь входила в благодушном настроении. Пришло ощущение, что уголовное дело простое, убийство совершил дилетант, он обязательно проявит себя, и она добьется признания.
В уютной приемной клиники их встретила девушка в обтягивающем халате, с тонкой талией и пышным бюстом. На ее лице не появилось ни единой морщинки, даже когда пухлые губы продемонстрировали стандартную широкую улыбку.
– Товар лицом, – шепнула Елена Марату.
– И не только, – ответил он, окунув взгляд в тесную ложбинку по центру декольте тесного халатика.
Елена одернула его, но медсестра привыкла к подобному вниманию, она для этого здесь и находилась. Девушка оценила возрастные морщинки на лице вошедшей, скользнула взглядом по ее фигуре и протянула анкету:
– Вы на первичный осмотр? Заполните пока, вас вызовут.
Марат невольно улыбнулся: обычно к себе в кабинет вызывал следователь. Елена шлепнула поверх анкеты фотографию Рудаковой и щелкнула своим удостоверением перед носом девушки.
– Следственный комитет, – резко представилась она. – У вас лечилась… Вы оказывали услуги этой даме?
Лицо девушки охладело, она ответила заученной фразой:
– Мы не разглашаем информацию о клиентах.
– Придется. Мне нужно поговорить с господином Мамоновым.
– Геннадий Захарович сейчас занят. Если вы оставите телефон, он обязательно…
– Вместо телефона я оставлю повестки. Всему персоналу, – начала терять терпение следователь.
– Я к вашим услугам, – раздался голос из-за спины.
Петелина обернулась. Она узнала Геннадия Мамонова, фотографию которого видела на сайте клиники – гладкое лицо, восстановленные волосы, гордая осанка. Общее впечатление портил животик, который не был виден на фото.
– Я знал, что кто-нибудь из ваших придет, – признался владелец клиники, пригласив гостей в свой кабинет.
– Откуда?
– О смерти Милены Рудаковой сообщили по телевизору. Очень жаль ее. – Мамонов скорбно опустил взгляд.
– Вы чувствуете свою вину?
– В ее гибели моей вины нет, – открестился Мамонов. – Но Рудакова грозилась подать в суд на клинику, обещала разорить меня.
«Он не дурак, не скрывает то, что скрывать глупо», – оценила признание следователь.
– Без причины такой скандал не устраивают, Геннадий Захарович. Рудакова лишилась хороших ролей.
Мамонов промолчал, красноречиво качнув подбородком: сожалею. Петелина продолжила разговор обязательным вопросом:
– Когда вы видели Милену Рудакову в последний раз?
– Она приходила сюда утром в день гибели, – без раздумий ответил владелец клиники. – Тогда и заявила про суд.
– Откуда вы знаете, в какой день ее убили? – быстро спросила следователь.
– Кажется, сообщили по телевизору, – чуть растерялся Мамонов.
– Вы видели репортаж?
– Сам нет. Мне пересказали сотрудники, и я понял… – хирург замялся.
– Что вы поняли?
– Что стану подозреваемым.
– Тогда будем говорить откровенно. У вас маленькая клиника, если разразится скандал, вы потеряете клиентов и разоритесь. Я правильно излагаю перспективы?
– Успех в нашем бизнесе зависит от репутации, – уклончиво ответил Мамонов.
– А репутация – это отзывы клиентов. Нет пациентки – нет скандала. Ведь так?
Глаза хирурга вспыхнули, он перешел в атаку:
– Это я мог предъявить претензии Рудаковой. Она не оплатила последний счет.
– Вот этот? – Петелина продемонстрировала документ, найденный в сумочке актрисы.
– Да.
– Немаленькая сумма за испорченное лицо.
– Послушайте, Рудакова делала у нас грудь, липосакцию на бедрах, ягодицах. Ее фигура улучшилась, она была довольна, поэтому обращалась к нам снова и снова.
– Что же случилось в последний раз?
– Перед съемкой фильма Рудакова заказала контурную пластику.
– Что это такое? – заинтересовалась Елена: служебное положение позволяло узнать секреты искусственной молодости из первых рук.
– При контурной пластике используются внутрикожные инъекции. Это щадящий способ коррекции возрастных изменений. Так улучшают овал лица, избавляются от складок и морщинок, корректируют форму и объем губ. – Оседлав привычную тему, Мамонов заговорил уверенно и стал смотреть на следователя как хирург на пациентку. – Сейчас эта процедура весьма популярна. Никаких разрезов и швов, безболезненно можно корректировать отдельные участки лица. Гладкое лицо перестало быть привилегией молодости. Например, вам бы я посоветовал округлить щечки и скулы. Личико станет более миловидным.
– Миловидным, – усомнилась Петелина и показала фотографию Рудаковой с последних кинопроб. – Как у нее?
– Это исключение, – махнул рукой Мамонов. – Досадное исключение.
– Что пошло не так?
Хирург сел за рабочий стол, вздохнул:
– Гель, введенный в носогубные складки расплылся по всему лицу, что привело к неблагоприятным последствиям. Однако с нашей стороны нарушений не было, пациентка сама виновата.
– В чем?
– Контурная пластика имеет свои противопоказания. Например, наличие заболеваний на стадии обострения. А Рудакова не предупредила нас, что принимает внутрь антикоагулянты.
– То есть, она пострадала из-за приема лекарств?
– Да! Но даже в этом случае нет трагедии. Я ей говорил: надо подождать пару месяцев, и я все исправлю. А там съемки, она ничего не хотела слышать.
