– А ты можешь с меня спросить? – Ушастый прищурился, и маска треснула. За ней оказалась ранее тщательно скрываемая сущность дикого зверя.
Пило потянулся к клинку, то же сделал и эльф. Я прыгнул между ними и нанес два стремительных удара.
– Вы совсем ополоумели?! Еще драки нам тут не хватало!
– Полюби тебя темные, – прохрипел Пило, хватая ртом воздух.
– Сиритэ оскам тле, – вторил ему древолюб.
Разглядывая этих идиотов, я достал монету.
– Будем решать по-честному. – Я подкинул серебрушку. Она упала лицом императора. – Идем налево. Да и вообще зачем спорить было? В отряде четыре мужика, а значит, выбор у нас один.
Лица друзей тронула легкая улыбка. Пило и Ушастый разогнулись и вперились друг в друга взглядом. Первым сдался Младший, он в принципе парень отходчивый.
– Ты меня извини, – протянул он руку. – Не хотел.
– Да и я был неправ. – Ушастый вновь беззаботно присвистнул и сжал руку нашего командира.
– Мне кажется, – протянул Руст, – будто я окружен одними психами.
Мы все засмеялись, а потом, выстроившись в линию, двинулись в путь. Иногда мне кажется, что старушка-судьба меня, мягко говоря, не любит. Пожалуй, стоит задуматься и больше никогда не полагаться на монетку. Уже через сотню метров тоннель начал сужаться. Снега совсем не было, и шли мы по ровному камню. Время сточило его, и наши сапоги (если так можно назвать металлическую основу, обмотанную шкурами и тканевыми прокладками) безбожно скользили при каждом неудачно сделанном шаге.
Когда Щуплый упал в третий раз и потащил за собой всех нас, мы подумали было обрезать веревку, но вовремя отказались от этой затеи. В какой-то момент проход сузился настолько, что нам пришлось скинуть мешки и, взяв их в зубы, переместиться в горизонтальное положение. И йети меня задери, если я солгу: ползти, когда в миллиметре над тобой каменный свод, – то еще удовольствие. Никогда не думал, что у меня клаустрофобия. Каждую секунду мне чудилось, будто еще мгновение – и вся тяжесть горы обрушится на меня. Спасал только «скрыт». Правда, в этот раз мне пришлось приложить изрядные усилия, чтобы отсечь ненужные мысли. Так прошел еще один час. В итоге было решено устроить привал. Прямо так, лежа, без возможности даже рукой нормально пошевелить.
– Вы не находите наше положение весьма ироничным? – заметил Руст.
– Поясни, – с опаской попросил Пило.
Еще бы, если Щуплого понесет… то это еще хлеще, чем философствования эльфа.
– Помните, как Молчун отвесил подзатыльник служивому, когда тот обозвал нас червями?
Да как такое забудешь. Тогда у легионера шлем помялся и чуть шея не переломилась.
– Ну а кто мы сейчас? Самые черви и есть.
– И верно, – согласился Ушастый. – Только мы скорее глисты – все равно что в заднице ползаем.
Мы засмеялись, весело и беззаботно, словно и нет опасности быть заживо погребенными.
– Да-а-а, хорошо им, наверное, – сквозь смех обронил Щуплый.
– Глистам-то? – поддел я.
– Полюби тебя темные боги! – выдохнул кинжальщик. – Молчуну с Колдуньей. Да и вообще повезло нашему здоровяку. Глаз потерял, а счастье нашел, – ладная сделка.
– Что верно, то верно, – как-то по-юношески поддакнул Пило. А потом задумался и добавил: – Всем бы так.
– Я смотрю, наш разговор плавно переместился в совсем уж крайнее русло, – отметил я и перевернулся на спину. – Балаболим, как девки на выданье.
– Молодой ты еще, не понимаешь ничего, – усмехнулся Ушастый.
Ну да, они-то полагают, мне лет двадцать. А по сути, я ровесник того же Младшего. Кстати, я уже давно убедился в том, что застрял в своем психологическом развитии на отметке двадцать один год. Выход имелся лишь один: дождаться, когда сознание Ройса придет в гармонию с моим, то бишь – когда у нас окажется один возраст. Произойти это должно с сезона на сезон.
Мы немного помолчали. Не знаю, о чем думали остальные, а я разглядывал жука, ползущего по своду, и думал, что если закончится еда, то придется питаться ими. Хотя это всяко лучше, чем крысы…
– Эй, Младший! – окликнул Руст.
– Чего тебе?
– Как у тебя там с Профьей?
Оба-на! Я не особо уважаю сплетни, но это имя слышу впервые, а мы знакомы уже почти год.
– Тебе-то какое дело, – недовольно буркнул командир.
– Хорош ломаться. – Ушастый явно наслаждался этой ситуацией в целом и разговором в частности. – Раз уж пошла такая тема, то настало время раскрыть наши сердца, очистить души от тяжкого груза…
– Все, баста, – перебил его Пило, за что я ему безмерно благодарен. В последнее время становится все труднее выносить монологи эльфа. – Все у меня нормально. Ждет она.
– Так уж и ждет? – недоверчиво поинтересовался я.
– Да, – твердо, почти зло ответил Пило. – Так и ждет. И что это вы на меня набросились? Руст, колись, не зря же ты в Рагосе каждый вечер в караул замковый просился.
– Д-д-да я что… – Щуплый, когда начинал волноваться, всегда заикался. – Д-д-да я н-ничего.
– Ага! – Эльф уже откровенно веселился. – И бочку с вином у барона тоже не ты спер?
– Да мы ее вместе тащили!
– Во-во, – засмеялся Пило. – Так что колись, неужто на баронскую дочку запал?
– А ежели и запал? – вдруг ощетинился наш неунывающий друг. – Что с того? Или мне нельзя?
