— Погодь, парень. — Крепкий, плотно сбитый мужик выступил мне навстречу. — Погодь, не гони… — Он покопался в кармане, вынул трубку со связкой ключей, вставил в дверь и резко повернул. — О, готов. Вот и все.
— Э? — Удивился я.
— Ключ это. — Он показал трубку. Круглая, а внутри треугольный вырез. С другой стороны в дверь влепились две рожи. Тот самый жилистый, дернул дико ручку, дверь затряслась, но не поддалась. Второй оттеснил его в сторону, и вцепился буквально взглядом мне в лицо, запоминая.
Ну запоминай, запоминай. Встретимся в следующий раз, я тебе вообще голову проломлю, ублюдок!
— А ты что встал-то? — Спросил плотный. — Пошли, дальше перейдем. Станция через двадцать минут. Пусть через платформу побегают, хе-хе-хе…
И он двинулся между сидений. Я пристроился за ним, догнал.
— Слушай, спасибо, от души…
— Да ничё, нормально. Видел я, как они к тебе достали, курил в тамбуре. — Он походя подхватил с одного сиденья барсетку. — Спасибо, Жанна Павловна!
— Не за что, Сереженька! — Льстиво как-то улыбнулась старушка в синем вязаном платке.
Тезка, надо же.
— Пошли-пошли! — Обернулся и поторопил меня Сергей.
Во второй тамбур мы вышли, Сергей снова запер двери, прошли пару вагонов, и остановились около одного, конечного.
— Не догонят. — Сказал Сергей.
— Почему так?
— Да на фиг ты им нужен? Тебе куда?
— Мне б до Москвы…
— Ого, далековато тебя занесло…
— Почему помог-то?
— А что, нельзя? — Сергей улыбнулся широко. — Странные вы, москвичи… Вижу, троица уродцев к тебе привязалась, ты их хорошо так раскидывал, аж посмотреть приятно! Ну и решил пособить человеку хорошему…
— Спасибо, Серег, я должен буду, с меня…
— А, брось ты, сказал же! Тебя как по имени-то?
— Сергей.
— Тезка, значит? Ну, и то хорошо…
Электричка дернулась, стала тормозить.
— Следующая станция… — Динамики зашипели, и смолкли. Электричка замедлила ход, я по привычке потянулся наверх, к поручню, встретил там пустоту и быстро схватился за край спинки скамьи.
Двери с шумом распахнулись, в тамбур зашли люди, несколько человек, стряхивая снег с одежды.
— В тамбур, быстро! — Сергей показал пример, быстро метнулся туда. Я за ним, стараясь сильно не толкаться.
Вслед нам неслись возмущенные возгласы, но успели мы быстро. Сергей с хеканьем уперся плечом в первого, того самого жилистого, на свою беду сунувшегося в вагон с платформы, приподнял его над землей и выкинул наружу.
— Вот так. — Сказал он мне.
Двери с грохотом захлопнулись. На платформе осталась троица, растерянно глядя на отъезжающий вагон.
— Вот и все, а туда же! — Непонятно сказал Сергей. Потом протянул мне широкую, как лопата, руку. — Ну, бывай! Ежели что, зови!
— Спасибо, Серега! — Ещё раз повторил я, пожимая руку. Рукопожатие оказалось крепким, прочным. Здоровый мужик-то, почти как Серега-большой. Разве что ростом поменьше, но в плечах как бы и не шире.
Серега вышел на следующей остановке. А я пристроился на лавке, попытался подремать, да не получилось. Малость потряхивало.
После агрессии всегда так у меня. Ну, бывает, это откат пошел. Сейчас ещё немного потрясет, и пройдет.
Так и не поспал. Полусонный добрался до дома, попытался выслушать короткую нотацию мамы, да сил на это не хватало уже, просто махнул рукой и пошел в душ. Включил воду, встал под жесткие, пахнущие хлоркой струи воды, огладил волосы. Пальцы защипало, руки-то я сбил малость.
За дверью мама что-то говорила, но я уже не слушал. Вода шумела в самый раз. Рюкзак у меня под рукой был, я его в коридоре не оставил. Потянулся, открыл, чуть налив воды на пол. Вынул кольца, сунул их под струю воды. Потом осторожно просушил салфеткой из того же рюкзака, завернул в другую салфетку и сунул в тот же карманчик.
Телефон с грохотом завибрировал на стеклянной полке, с дребезжанием.
Дотянулся, включил.
— Ты дома ли, о мой рыцарь? — Спросила Маша.
— Да, вот только что вошел…
— А что не звонишь, сердце у бедной девушки не железное! Что так шумно-то?
— В душе я…
— Ах, в ду-уше он… Ну ладно, я спать тогда, спокойной ночи! Скажи что-нибудь на ночь бедной девушке?
— Я тебя люблю!
— О, вот так! Спокойной ночи, любимый!
Трубка отозвалась короткими гудками.
Дверь в ванну затряслась.
— Сережа, ты что там делаешь, выходи немедленно, нам с тобой надо поговорить!
— Мам, я не одет! — Ответил я. Ага, ищи дураков, знаю я твое «поговорить»… Я спать хочу, завтра с утра на сутки заступать, и нервы ещё скачут, а я буду сейчас ещё себя дальше закручивать против часовой стрелки. Эх, родители! Главное, на выходе улизнуть побыстрее в свою комнату и спящим притвориться.
Запоздало пришла мысль, а что было, если бы незнакомый тезка мой, дай Бог ему счастья, здоровья и радости побольше, не вмешался? Догнали б, и что тогда? Пришибли б меня за это золото, точно бы пришибли. И за меньшее убивают.
Уже в своей комнате разложил золото на столе. Подумал, проверил тайник с пистолетом, переложил его поближе к подушке. Если сегодня ещё что-то приснится, то хорошо бы снова попробовать его с собой забрать.
Ночь уже, а то бы можно было попробовать… А что «попробовать»?
