Но пока все это рассказывал да объяснял, вечер уже настал. Супруга мастера Виктора в дом всех пригласила, мастеров к столу, остальных комнатой ниже, лицом не вышли… Ну, так в этом мире заведено. И за пирогами и настойкой все же продавил я свою идею. Ну, куда бы они делись-то?
— Также, — сказал я, — вы все должны решить, кто будет у вас старший. Если за семидневье не договоритесь, то это решу я.
Мастера призадумались. Каждый из них управлял небольшим, но коллективом. Сыновья, племянники, зятья… Девушек тут к мастерству не сильно-то допускали, их дело дома сидеть да домашними делами заниматься.
А управляющим нашего ЗАО назначили Ждана. Знали тут его хорошо, что мастер Виктор, что остальные. Мастер Гушол приходился ему дядей, а жена мастера Виктора двоюродной сестрой. Отец его, гильдейский купец Рахат, знал тут всех и вся, и славился как человек, умеющий держать слово. В век, когда люди ещё не догадались оформлять отношения между собой на бумаге, такая слава сама по себе очень ценна… Как и в любой другой век тоже. Бумага-то все стерпит, а честный человек всегда ценен.
— Мастер, одну лампу мне можно? — Я выбрал из пятерки стоящих на полке. — И не… Крови земли тоже налейте, чтобы хватило на пару раз. В замок попробую пристроить, если получиться…
Так и провозились до вечера. А вечером я, прихватив лампу и кое-какой еды, отправился к замковым детям. Они там должны собираться были.
— Ну, привет, привет всем! — Обрадовался я детям как родным. — Ростики, что подморозились?
— Холодно, вот и подморозились… — Буркнул Вихор.
Одеты все и впрямь были тепло, а на полу стояла небольшая жаровня, курившаяся углями. Пир протянул озябшие руки.
— Что тут сидите, холодно ведь!
— Да зато уютно. — Улыбнулась Ирина, подвигаясь и давая мне место. — Ничего, ещё недельку… Кстати, знаешь, что королева бал готовится давать?
— Да у неё балов этих… — Я удержал более крепкое выражение, уже готовое сорваться с языка. С девушкой все же разговариваю. — У неё балов этих по три раза в неделю бывает, если не больше. А уж приемы-то через день.
Дети хмуро на меня посмотрели, но промолчали.
— Ладно, не за плохими новостями я к вам зашел. — Я жестом фокусника достал из-за спины мешочек. — Налетай! А то я один ну никак…
— О, пироги! — Сказал Пир.
Расхватали еду вмиг. Ну, не мог же я скушать все-все-все, что готовила Ирма? И потому некоторую часть с сегодняшнего ужина заначил. Мне ж таки их все равно не съесть все, хотя я уже начал потихоньку привыкать к еде этого мира.
— А где Маля, кстати? — Обежал я взглядом всех.
— В деревню её увезли. — Буркнул Виктор. — От беды подальше. Что-то на неё Нрав и Оплот глаза положили… Сыновья графини Нака, порождение их задери…
Снова это порождение. Да что же это такое-то?
— Да, не все дворяне одинаково полезны… — Неудачно сострил я. — А уж этих двух уродцев… Эх, не хочу о грустном. Слушай, ростики. Вопрос имею серьезный. Как из замка вылезти? Очень надо!
Дети переглянулись.
— Да что сложного… — Сказал Виктор. — Сначала через сад, потом стражнику у ворот даешь денег немного, а потом через гвардейцев выходишь.
— Ну, хорошо-то оно хорошо, да то вы, а то я. Некоторые меня в лицо знают, могут не пустить.
— Как это? — Удивился Пир, дожевывая пирог. — Как так, Ваше Высочество? Ваша воля закон…
Ирина и Вихор переглянулись.
— Пир, как бы тебе сказать… Вот если ты ночью гулять пойдешь без спроса, что тебе утром мамка сделает?
— Розог выдаст. — Фыркнула Ирина.
Пир покраснел, вздохнул, кивнул согласно.
— Вот, а моя мамка — королева — мне не только розог выдаст, так ещё и запрет в комнатах на несколько семидневий…
Пир задумчиво покивал, хотя и выглядел ошарашенным. Такая вот грань жизни принца ему в голову пока что не приходила. Принца — да бить? Принц, он на то и принц, чтобы делать все, что ему заблагорассудится.
— А если через стены? Можно веревку скрутить…
— Веревку? По ней спускаться… Долго! Руки отвиснут!
— Сделаю веревочную лестницу… — Отмахнулся я. — Ну, что вы на меня так смотрите-то? Две веревки рядом, привяжу в них на равной длине деревянные плашки, чтобы вес тела выдержали, и можно как по лестнице спускаться…
— Нет, стены хорошо охраняются. — Покачала головой Ирина. — Я знаю, в свое время против порождений делали, да так и осталось. Там видно все. Не пропустят Ваше Высочество.
— Так что, закрыто все? — Я приуныл для вида. Ну не может же так быть! Слухи ходили, что тут воровство в ходу, значит, должны быть пути, по которым краденое налево идет. С каждым стражником делиться — делилки не хватит!
— Выбраться из замка раз плюнуть! — Авторитетно заявил Вихор.
— Ого, как же это? — Удивился я.
— Да вот так… — Он как-то смешался, но я его уже поймал.
— Рассказывай да показывай! Не боись, ростик, не продам! Никому не скажу. Сам бегать буду.
— Ну… Давай не сегодня, завтра днем пойдем. — Предложил Вихор.
— А что не сегодня? — Спросила Ирина. — Урий, ну покажи, мне тоже интересно!
— Да лезть надо мимо ледников, а место то плохое, нехорошеееее… — Вихор долго тянул последнюю букву «е». — Неправильное оно место.
— Да показывай. Смотри, что у меня есть! — Я развернул ткань.
