Наконец-то от него избавились, граф потерялся по пути, а лакей сразу задал неплохой темп, и повел куда-то в сторону, мигом оторвавшись от меня. Но идея затеряться в коридоре не сработала, за моей спиной выросли две угрюмые рожи и принялись вежливо подпихивать в нужном направлении.
Ого. Что-то тут не то.
— Эй, давай реже оглоблями шевели, долгоног! — После ванны я ощущал себя расслабленным, двигаться быстро не хотелось совершенно. А как подумать, что сегодня ещё дел по горло в городе… Надо же поглядеть, что там моя мамаша учудила, постараться исправить, что смогу… Да и узнать, как там друзья мои? Я теперь сильный, у меня теперь есть чем ответить практически на любой вопрос. Пуля в голову за ответ всегда сойдет.
— Эй, куда вы меня тащите-то, уродцы?
Лакеи не отреагировали, только принялись меня пихать сильнее.
Так, а это ещё что такое? Обычно слуги тут со мной обращались иначе.
В книжках я читал много про колокольчики, которые в нужный момент зазвенели в чей-то там голове. Или сирена там… А вот у меня почему-то сразу все обострилось, от чувств до ощущений.
Слуги, слуги, дворцовые слуги. Они всегда все первыми знают, они всегда все подмечают. Место такое, тут другие не выживают. Ежели человек тут не в фаворе, то слуги на него кладут. А если кому королева лишний золотой подала, так и слуги того оближут, во избежание.
Малый тронный зал был наособицу от большого, даже в другой башне. Там принимали не всех, основное шоу королева вела в большом тронном зале, при стечении народа. А в малом тронном зале шли разные переговоры, на которых присутствие больших масс народу было необязательно. Например, с теми же степняками, или с имперскими посланниками.
А теперь вот повели.
Что желает мне сказать королева? Да не знаю. Но лучше это что-то выслушать при стволе в руках. То есть, надо бы мне за пистолетом сходить…
— Эй, морды. А ну стой, кому сказал! Мне в комнаты надо, переодеться.
— Не велено! — Со значением сказал головной лакей.
— Да в зад пойди. — Я развернулся, и уперся в двух лакеев с каменными мордами. Попытался протиснуться мимо них, уже почти протиснулся, да в последний момент меня поймали за плечи и вновь вернули на исходную позицию, продолжая удерживать. Этак играючи.
Ну да, конечно, тут из каждой морды трех меня можно сделать!
Да что за мода-то у вас такая, твари, принца волоком таскать?
— Руку убери, быдло! — Я дернулся, хватка исчезла, но сразу же прилетела оплеуха.
Дурак, дурак, дурачило! Ну какого же ты оставил своё оружие в тайнике? Было бы с тобой, никто бы и не тронул, лежало бы под подушкой, или одеждой в ванне прикрыть можно было, никто бы не заметил! Кобуру хотел сделать? Ну вот и сделал! Сейчас будет тебе кобура, будет тебе все тридцать три удовольствия…
Дошли.
Два наемника распахнули дверь. Лакей гаркнул:
— Его Высочество наследный принц Седдик! — И посторонился, давая мне дорогу.
Я с опаской вошел, за мной протопали два наемника, лакеи остались снаружи.
В малом тронном зале все было тихо, по домашнему. Королева на малом троне, добродушно улыбалась. Граф Урий стоял по правую руку, кривил губы в такой же добродушной улыбке. Лучи утреннего солнца узкими полосками пробиваются сквозь щели в закрытых ставнях, вьется мелкая пыль. Гобелены на стенах с деяниями Светлых богов, ну чтобы знать, что не абы кто тут, а добродетельный и честный монарх принимает своих подданных.
По центру стол, на нем несколько кубков, накрытые тарелки. Пахло свежей выпечкой.
— Пойдите в коридор. — Сказал граф Урий.
Стражи сделали что-то вроде стойки «смирно», громыхнули амуницией и вышли вон. Двери за ними захлопнулись.
— Сыночек мой! — С трона на меня глядела мамаша. — Сыночка, ты не заболел? Мастер Клоту говорит, что утром тебе стало плохо! Садись, покушай с нами!
— Да, мама! — Я не двинулся с места. — Но я уже покушал утром! Я больше не хочу!
— Кушай-кушай! Совсем извазюкался! Ну ничего, я теперь сама за тобой смотреть буду… — Королева показала пример, беря в руки кубок с вином. — Кушай-кушай, и питие пей, это священный напиток из храма Светлых богов, чтобы ты стал хорошим мальчиком…
О мать твою.
— Мама, но я уже покушал хорошо, и мне же нельзя вино пить, я же хороший мальчик, а не то что некоторые, ты же мне сама говорила.
Граф Урий и королева переглянулись, да так явно, что я едва не плюнул им в морды.
— Ничего-ничего, один раз можно! Пей, мама разрешает!
— Мама, я не хочу вина, оно невкусное, а можно настойку?
— Пей давай. — Сказал мне граф Урий, сверля меня злобным взглядом. Маску доброго дядюшки он давно сбросил, и теперь крутил в руках браслет. Пальцы его нервно перебирали звенья, из которых этот браслет и состоял.
— Но я не хочу! — Плаксиво сказал я.
— А тебя не спрашивает никто, хочешь или нет. — Взвизгнула мамаша. О, и у неё нервы сдали. — Пей, это полезно! На себя посмотри, рожа белая, как у белуги! Скоро вообще в кровать заляжешь, кого я на балу покажу? А ну пей, или прикажу тебя выпороть… — И так ожидательно на меня уставилась, что я ей едва в рожу не плюнул.
