Рыцари рванулись вперед, Виктор и Клавдий. Остальные за ними, карета повернула за угол, открылся вид на дом сержанта.
Так. Ворота не снесены, но нараспашку. Внутри какое-то шевеление, из-за забора валит дым, гудит пламя. Около ворот, запрокинув голову, пьет из большого кувшина здоровенный рыцарь в доспехах. Шлема на нем нету, ходит ходуном острый кадык под щетинистой, серой кожей. По шее и по груди текут рубиновые струйки. Нагрудник грязный и мокрый.
Неужто рыцарь Алор, мать его за ногу? Да нет, тот иначе выглядит…
Шмяк!
Это Виктор. Рубит прямо с седла, отлично, голова рыцаря катится по мощеной камнями мостовой, а конь Виктора злобно храпит. Чует кровь.
Ну и чудище ж! А у Клавдия коняга такая же, разве что ещё позлобнее будет. Рыцарские кони… Хотя вот даже у рыцарей графа Дюка коняшки поменьше будут, кажется…
Из ворот выглядывает ещё один воин, в кольчуге и с топором, видит нас, его лицо вытягивается, пытается шарахнутся назад. Этого топчет конем Клавдий.
Виктор и Клавдий спешиваются, мечи наголо. Что это они, с коня же удобнее? Нет, не получится, им во двор надо, а там кони могут не пройти. Умные кони отходят к стенам дома и спокойно стоят там, разве что косятся на людей.
Бричка останавливается прямо перед воротами.
Так, а во дворе какое-то шевеление. Кто-то там уже готовится к труду и обороне, кто-то уже почти готов, слышатся резкие отрывистые команды.
Если сейчас внутри начнется тревога, они или повалят наружу, или запрутся в доме. Если запрутся в доме, то выковырнуть их оттуда будет ой как непросто! Граф Дюка, несмотря на все его поганые минусы, в команду свою абы кого не брал. Опытные бойцы, оказавшись в углу, будут сражаться до последнего, как крысы.
— Быстро, арбалеты! — Успел сказать я. — Не разбиваться на пары, стрелять залпом по моей команде!
Подснежник кивнул, с усилием протянул рычаг, вложил болт. То же самое сделал и Коротыш. Вера, державшаяся на лошади справа, нахмурилась.
— Ваше Высочество, что делать мне? — Спросила она очень вежливо. — Я очень хорошо стреляю из лука.
— Выбивай их лучников, сама держись позади, в бой не лезь. — Ответил я.
Сколько с собой может взять граф? Он всегда с пышной свитой передвигается, у него так заведено. Жаль, как же жаль, что я никогда не интересовался, а кто же там есть? Опытные, говорят, рубаки, да и ладно, будем знать! С десяток рыцарей должно быть точно, в этом мире все на десятки меряется. Десять стражников, десять легионеров, десять рыцарей, десять телохранителей у меня и десять золотых… Значит, с десять рыцарей, при них слуги, тоже оружные, ещё лакеи и узбеки… Последние не в счет, они не воины, они сразу разбегутся.
— Во двор! В переговоры не вступать! Занять двор быстрее!
Ага, быстрее. Нашел кто командовать! Выглядит-то все логично, пока внутри не успели опомниться и устроиться в оборону, но в теории то, а что будет на практике?
А на практике прямо за воротами выстроились раз, два… Семеро рыцарей в полных доспехах. Пятеро с мечами, двое с топорами. Я таких топоров не видел еще, здоровенные, черены окованы железом, а лезвие как клюв фламинго, хищно загнутое вниз. Держат чуть на отлете, прикрываются большим щитом. Забрало в шлеме в виде креста, под ним металлическая сетка. Доспехи полные, я тут ещё никогда такие не видел, все кольчугами больше стараются…
Под их ногами трупы. Блин, это же слуги, трупы слуг вот тут, двое лакеев барона, порубленных. У одного головы вообще нету. На колу торчит, над стеной.
Так, и это все? У графа Дюка народу уж явно больше было, а я пока что только восемь человек видел. Один в минус, семь на глазах. Нет, так не бывает. К тому же, ещё какие-то наемники около него крутились…
Кто-то рванулся вперед прямо на конях, лошади легко перескочили обломки ворот, а вот дальше все застопорилось. Когда ворота выбивали, то по двору рассыпали обломки досок, ещё какие-то бревна. Кони отказывались идти туда, вставали на дыбы.
Топоры работали просто загляденье, как механизм какой, шмяк, нету у коняги ноги, всадник кувырком, шмяк, нету всадника, а этот, с топором который, новую жертву ищет. Топорная работа.
Кровь щедро лилась на белый песок. Первые потери, сразу трое вместе с лошадьми.
— Назад, назад! — Надрывался Виктор. Сработало, народ стал оттягиваться к воротам, спешиваться.
Так, а что я молчу-то? Вот, Подснежник на меня косится, уже в кого-то прицелился, но пока что не стреляет.
— Кто с рохнийскими луками! Внимание! И… Приготовиться!
Народ приготовился, арбалеты уставились жалами болтов в рыцарей. Надо бы разобрать цели, да поздно, и арбалетов у нас на два меньше, чем рыцарей этих. Пусть стреляют как могут.
— И… ОГОНЬ! — Заорал я.
Люди стали оглядываться.
Блин, какой ещё огонь?
— Стреляй! Порождения побери!
Шпонг! Шпонг! Шпонг! Шпонг! Прозвучало не враз, стрелки-то пока ещё прицелились, пока разобрались, как же выстрелить и как курок спустить… Но арбалеты метнули короткие, невиданные ещё в этом мире болты. Стрелки целили по забралам шлемов, хотя и по доспехам тоже могли.
Бимц!
