-Спи давай. -Оторвался он от чертежей. -Мне-то что, ночь не спать... Завтра сдаю.
-Да не вопрос. -Я устроился поудобнее и закрыл глаза.
Будет ли вторая серия?
Потолок с кораблем.
Доброе утро.
-Доброе утро! -Сказал я в пространство.
-Доброе утро, Ваше Высочество! -Сказали со стороны.
Я повернул голову. Лакей, надо ж. В парике смешном, держит на руках медный таз с водой, через правую руку перекинута перевязь корзины с горкой розовых лепестков.
-Прикажете подавать?
-Подавай. -Осторожно сказал я.
Вода - для умывания. Кое-как вытереть руки и лицо. По удару в медную тарелку вошла процессия из знакомых мне уже моих пажей с одеждой, в которую меня снова облачили.
Когда застегивали пояс, вошел Иштван. Все в том же черном, на голове шапочка с пером.
-Доброе утро, Ваше Высочество.
-Доброе утро, Иштван. -Поздоровался я. -Погуляем по городу?
-Да, Ваше Высочество. -Поклонился Иштван. -Прикажете готовить карету? Со времен вашей болезни мы обновили нашу конюшню весьма значительно. Пока будут готовить карету, подадут легкий завтрак.
-Есть ли ещё какие-то способы? -Спросил я.
-Что вы имеете в виду, Ваше Высочество? -Спросил Иштван.
-Да ничего, в общем-то. -Пожал я плечами.
Сон, так сон. Мучают ли вас, гражданин, эротические сны? Не... Не мучают. Я ими наслаждаюсь.
Принесли завтрак. Внесли столик, сервировали.
Я с любопытством смотрел, запоминая все.
Тарелки чашки вилки ложки. Все точно такое же, как и у нас. Разве что вилки двузубые и наточены на совесть, а нож не круглый, а острый и изогнутый, с деревянными накладками на ручки. И золотое все, все вообще! Столовые приборы, тарелки, кружки... Даже заколки какие-то на кружках и те золотые.
Украдкой помял золотой кубок. Мнется, надо же! Значит, и в самом деле золотой, а не чудится мне.
Три лепешки с зернами, баночка толстого темного стекла с вареньем, мясные лепешки, похожие на котлеты, и травяной отвар в сужающейся книзу черной стеклянной же чашке, от которого поднимался дымок. Пахло не очень вкусно, да и чашка единственная не золотая. Кажется, она бронзовая.
-Мастер Клоту! К вам! -Сказал у дверей лакей. -Прикажете звать?
-Прикажем звать. -Решил я.
-Мастер врачевания Клоту! -Сказал лакей. Узбек ударил билом в тарелку.
-Бомммм!
Дальше пришлось выдержать ряд околомедицинских процедур. Мастер Клоту долго пытался правильно нащупать пульс, потом заставил подышать на маленькое круглое зеркало и тщательно изучил след от дыхания, пощупал мне грудь, бока, бицепсы и ноги.
-Ваше состояние удовлетворительно, Ваше Высочество. -Изрек наконец вердикт мастер Клоту. -Хотя и я не знаю, как это произошло... -Сказал он себе в нос. И добавил чуть громче. -Но вы довольно сильно истощены. Я бы не рекомендовал вам есть тяжелую пищу, предпочитайте острую, и нагрузок больших. Не путешествуйте на лошади. Отдыхайте и набирайтесь сил. При существующем положении...
-Доктор, я понял вас. Не желаете сопровождать нас в поездке? -Ну вот, сказал, а зачем сказал, сам не знаю.
-Это честь для меня, Ваше Высочество. -Сказал мастер Клоту, поклонившись.
Впервые я видел карету. Настоящую средневековую карету, запряженную двойкой лошадей. Открытая, прямоугольная какая-то. Передние колеса меньше задних и расположены на какой-то вращающейся площадке, задние больше и закрыты сверху большими крыльями. На козлах узбек, лосниться загаром. Рядом с ним ещё один, поменьше, но тоже такой же лоснящийся.
Вот такая вот бричка.
Над ней древко, на котором полощется на ветру флаг. Такой же грифон, как и у меня на перстне. Тщательно вышитый, на прямоугольном поле. Флаг оканчивался раздвоенным языком, из тонкой красной материи. Эти-то треугольники и слабо полоскались на ветру, основное полотнище провисало, стремясь согнуться по складкам. Долго пролежало свернутым.
-Что за флаг? -Спросил я у Иштвана.
-Королевское знамя наследника, Ваше Высочество. -Ответил Иштван, поклонившись. Даже на ходу он умудрился сделать это очень элегантно.
Рядом с каретой замерли пятеро воинов на лошадях.
-Так, а кто это? -Спросил я, жадно смотря на воинов. Что за оружие?
Огнестрела нет, в помине нет. Кольчуги, одетые на что-то вроде тулупов, круглые светлые шлемы, долгополые рубашки, коричневые штаны, высокие красные сапоги, продетые в длинные свободные стремена. На поясах в ножнах мечи, метр с половиной где-то длиной. Погрубее, чем я у аристократов в замке видел. В стремя упирается копье, недлинное, но грозное, с широким треугольным наконечником. Края отточены, блестят на утреннем солнце. На боку узорчатые красные садки, из которых торчат края луков и стрелы, с разноцветным оперением.
Лица все как один бородатые, серьезные. Мужики, не парни. Лет по тридцать им, самый серьезный такой возраст для солдата.
Лошади тоже здоровенные, мускулистые, с тщательно замотанными алыми бинтами бабками. Попоны тоже красно-коричневые, хвосты и гривы заплетены в косички. В бричку впряжены хоть и побольше, широкогрудые, но какие-то не такие убедительные.
-Ваша личная охрана, Ваше Высочество. Королевская.
