Следующий кадр. Генерал шарахается в сторону, обеими руками удерживаясь от кинжала в моей руке. Он схватил меня за запястье, а на панцире у него царапина, длинная, острая. Я, забыв про все, давлю и давлю кинжал дальше, и удивляюсь, почему же так медленно получается.
Следующий кадр. Нож выдернули, я в стороне, пригибаюсь, как дикий кот. Граф Дюка рядом, я вижу его скучающе-бесстрастное лицо в обрамлении аккуратно подстриженной и напомаженной бородки.
Следующий кадр. Валяюсь на земле, лицом вниз, на спину мне наступает сапог графа Дюка.
Все. Аллес. Атака закончена. Вывернуться не получается. И полный рот пыли.
-Вставайте, Ваше Высочество! -Меня подняли за шкирку и потащили куда-то. Попробовал сопротивляться, да куда там, рука у графа железная, как кран меня волочет. Никуда не деться. Ещё и подзатыльников пару получил.
Куда-то вдаль поплыло довольное мордатое лицо генерала и злорадно ухмыляющийся бородач, потирающий руку.
Вот и матушка моя сонная, мать её за ногу.
-И куда это ты пошел, сын мой?
Я болтался в руке графа как связка труб на стреле подъемного крана. Ноги до пола не доставали.
-Поймали около Западной башни. Пытался проникнуть в королевскую тюрьму.
-Сын мой! Как это понимать?
-В рот тебя е...ать. -Ответил я в рифму. Рифма не удалась почему-то. Слова совершенно другие, хотя последнее по-русски. Но смысл-то понятный, и я ответил очень в тему, матушка цветом лица сравнилась с мордатым генералом. И дальше уже визжала, как резаная.
Я ничего не понимал, крик её проходил мимо. Орет и пускай орет, кто она мне? Мои родители там, за гранью, в реальном мире. Они другие. Они ничуть на нее не похожи, и они никогда бы...
Граф меня встряхнул сильнее обычного.
-Отвечай!
Меня поставили на пол.
Я как приморозился. Как мурашки заскакали по рукам и ногам, в голове вдруг стало просто и светло.
Спокойно. Спокойно. Теперь надо успокоиться и попытаться... Всеми силами! Ведь она может быть ещё жива, и на кого ей рассчитывать, кроме как на меня? И если я сейчас протуплю и начну называть королеву теми словами, которые у меня сейчас на языке, то... То ничего хорошего! А потому язык в задницу, и попробуем иначе.
-Мама! Та девушка ни в чем...
-Замолчи! -Взвизгнула королева. -Она не пара тебе! Ещё раз услышу...
-Да пусть так! Но в чем она виновата! Прикажи выслать из столицы... -Где-то в кино я видел такое решение вопроса с неугодным аристократом. -Так-то зачем? Что она пло...
-Кому сказала? -Визг на три тона громче. Почти что ультразвук.
А люди-то вокруг шарахнулись, сделали вид, что ничего нету. Ба, да я же у входа в парк почти, и что тут королева делает-то? И морды ещё какие-то незнакомые...
-Сорок розог! -Выкрикнула королева. -Нет, пятьдесят! И сучку на кол! Си-ийчас жииии!
А мамаша-то истеричка.
Пороли почти не больно. После слов королевы я как-то впал в прострацию. Ничего тут нельзя сделать, не смотря даже на сон. И на титул наследного принца. Власти-то тут меня не так много, даже бабу нельзя вые...
Граф Дюка в сопровождении пары личной охраны и Сухой Воблы из семьи поволокли меня в парк, уложили пузом вниз на колоду, стянули штаны. Приволокли розги...
Ну, что дальше-то объяснять. Вжик, вжик, получите, распишитесь.
Граф Дюка меланхолично приятным басом заметил.
-Иногда особы королевской крови, подвергнутые наказанию, грозят местью и карами исполняющему наказание... Принц.
Я посмотрел на него. Внимательно.
Меланхоличность на лице графа стала чуть более задумчивой.
Сухая Вобла, графиня Нака, лишь саркастически улыбалась, жадно глядя на сцену.
Ну, позже тоже обычно-ожидаемо. Прогулок меня лишили, сиди себе в покоях, гляди из окна. Чуть позже подошел мастер Клоту, извиняющееся посмотрел на меня, показал баночку с мазью.
-Нет необходимости, мастер. -Спокойно ответил я.
Мастер ещё раз глянул виновато, и исчез.
Я думал.
А из головы все не лезли никак глаза той девушки.
Под вечер в парке перед Западной башней кого-то казнили. Человек страшно кричал минут наверное десять, потом, под веселый гомон придворных, крик стал сиплый, кричащий сорвал горло и умолк. Гомон стал громче, рассасывался. Люди расходились по замку, обсуждая увиденное.
Наверное, я второй раз потерял сознание, а не заснул. Не знаю.
Утром проснулся и долго лежал в кровати, смотря в потолок.
Вопрос о том, как относиться к этому миру, для меня уже не стоял.
Этот мир реален. И он доказал это. Замученной девушкой, моей злостью, вкусом пыли на зубах, болью небольшой и жаркой, жаркой ненавистью. Во сне таких чувств нету, во сне так не ненавидят!
Вопрос о том, а нельзя ли приснить мне там ружье или автомат Калашникова, самый наш знаменитый автомат, который меньше всего в руках держал народ, его же придумавший, тоже не пошел.
Я там оказываюсь в теле принца. Просто перенос сознания.
Тогда будем думать с другой стороны.
Жажда деятельности.
За день я прочитал много нового в Интернете. Вечером сходил на тренировку, вяло так выступил, заслужив от Вербицкого и от Михаила по паре хороших ударов. Так же вяло попили пиво у метро вчетвером, и снова домой, смотреть, читать.
Уснул. Проснулся.
