– Минуточку, Илона Эдуардовна, вам надлежит освободить номера к полудню, таковы правила. Здесь есть камера хранения, и ваши вещи будут храниться. Ваши магнитные карточки никто у вас не отберёт, они автоматически перестанут действовать ровно в полдень по японскому времени. По ним вы сможете сдать и получить ваши вещи. В холле на первом этаже вы сможете спокойно дожидаться выезда в аэропорт. Вам не запрещено поесть в ресторане, там есть и туалет.
– Чудесно! Всё у вас продумано, кроме эскалаторов на переходах в здании вокзала в Киото. Пойдём собирать чемоданы.
Илона быстро покурила, приняла вторую таблетку темпалгина и собрала вещи. Она сама видела, что её руки дрожат. Всё удалось уложить, кроме футляра с мечом, никуда не помещавшегося. Андрей предложил нести этот футляр, чтобы облегчить хоть на капельку тяжёлый багаж начальницы. Илона согласилась. Все трое выставили багаж в коридор. Сергей сказал, что багаж поместят на хранение вместе как багаж делегации.
У Сергея зазвонил его навороченный смартфон «Sony». Он выслушал и односложно ответил: «Хай» (はい). Потом пояснил, что Сиба-сан уже едет в отель. Тот подъехал буквально через несколько минут. Сиба пояснил, что есть договорённость использовать небольшой зал на втором этаже, где можно организовать подписание. Поднявшись туда, Илона попросила русский текст и внимательно прочла его, обнаружив, что ей ужасно некомфортно читать без очков. В русском и японском текстах было сказано, что текст на английском рассматривается как главный. Илона попросила дать ей текст на английском и тоже внимательно прочла его, заставив себя мобилизоваться. Всё верно, пора подписывать. Итак, двум главам компаний предстояло подписать шесть экземпляров соглашения. Сиба положил на стол две перьевых авторучки, дающих на бумаге толстые и жирные линии, всё проверили на листке. Усевшись рядом, Илона и Сиба подписали все экземпляры, которые им подавали Карина и невысокий японец, молча присутствовавший в первый день на встрече. Карина рассмотрела подпись Илоны и призадумалась. Расписалась Илона очень коряво, её рука дрожала. Илона поймала взгляд Карины и испуганно съёжилась. Потом она надела зеркальные очки и подумала, что они просто необходимы.
Сиба подозвал того невысокого, и тот дал ему коробочку, в которой оказалась печать. Илона тут же достала из своей сумки, с которой никогда не расставалась, похожую коробочку и вынула из неё новенькую печать. Пропечатав все шесть экземпляров, оба передали всё Карине и другому японцу, высокому и совершенно лысому, после чего те двое рассортировали документы на две пачки, взаимно проконтролировав друг друга. Илона достала два крепких пластиковых файла, но высокий её опередил, подав ей красивый пустой файл с гербами РФ и Японии. Упаковав документы, все обратили внимание на стоящих перед ними двух официантов с фужерами, наполненными шампанским. «Опять шампанское! Оно только усиливает желание крепко поддать! О, Господи! За что мне такие муки?!! Но надо держаться!». Постаравшись выбросить из головы крамольное желание, Илона чокнулась с Сибой и выпила фужер, слегка облив свою одежду, потому что фужер дрожал в её руке. Уложив файл в свою сумку, которая оказалась достаточно вместительной, Илона вдруг сообразила, что, несмотря на недомогание, очень проголодалась. Она сказала Сергею:
– Когда дела закончились, неплохо бы перекусить.
Сергей перевёл её слова. Сиба ответил, что японская сторона уже позаботилась об этом, и все приглашаются в ресторан. Японцы жадно набросились на холодное пиво и предложили пиво Илоне, которая с наслаждением быстро выпила две кружки подряд, а затем стала жадно поглощать мраморную говядину и крабовое мясо. «Вижу, что у кое-кого здесь трубы горят!» – очень тихо шепнул Андрей Карине, а та показала ему кулак и внимательно посмотрела на Илону. Повернувшись к Сиба, Илона сказала ему по-английски, что хотела бы пригласить его и сопровождающих лиц в Россию, показать им Москву и Санкт-Петербург. Сиба ответил, что приглашение с благодарностью принимает, но о конкретных сроках надо договориться позже. Условились связаться по электронной почте.
