— У меня отличная память на лица. Если я кого-то видел хотя бы раз — больше уже никогда не забуду. Профессиональное. Я потомственный трактирщик. И отец мой, и дед, и прадед, и прапрадед были трактирщиками, а тот трактирщик, который не может запомнить лица посетителя, в конце концов разоряется напрочь. Ведь если ты не можешь запомнить лицо — ты не встретишь гостя по имени, не скажешь ему добрых слов — а он, обиженный, может к тебе больше и не прийти. А нужно еще запомнить и тех, кто нечестно играет в кости, или в карты, тех, кто ворует из карманов, тех, кто устраивает скандалы, драки, мешая отдыхать нормальным людям. И вообще — всех нежелательных, присутствие которых в трактире не только неприятно, но и опасно. Вот так! Потому если бы вы хоть чуточку отличались от настоящего Сергара Семига — я бы никогда не позволил вам забрать его деньги, заверяю вас!
Вот оно! Сергар Семиг! Вот какое имя носителя!
— Но если вы настаиваете — можете пройти процедуру опознания. Это недолго, и это было бы правильно. Верно, не стоит полагаться на память — деньги есть деньги! И они любят уважительное к себе обращение. Давайте сюда ваш брайд!
Олег снял с себя цепочку (тоже серебряную), протянул жетон трактирщику. Тот не глядя схватил брайд, ткнул в стоящий на столе прямоугольник (отлитый то ли из бронзы, то ли из меди), и над столом всплыло изображение лица Олега. Нет, не Олега — Сергара Семига!
Интересно было наблюдать за собой со стороны. Жесткое лицо мужчины лет тридцати пяти или даже сорока, глубоко посаженные глаза, короткая стрижка. Ни намека на улыбку, скорее наоборот — уголки губ чуть опущены вниз, и кажется, что Сергар сейчас то ли ударит, то ли наколдует боевое заклинание.
«Жесткий тип!» — подумал Олег, и, будто откликаясь на его слова, трактирщик вполголоса попросил:
— Я понимаю, что это ваше дело, но… вынужден вас просить все ваши разногласия с Хагеном вынести за пределы таверны. Ремонт нынче обходится дорого, так что…
— Да я не собирался ни с кем разбираться, — пожал плечами Олег, но брошенный взгляд трактирщика будто ответил: «Ты-то, может быть, и не собираешься, но вот с тобой собираются точно!»
Олег терпеть не мог разборок и драк. Кем он был? Обычным врачом! А до того — обычным студентом! Какие разборки?! Какие драки?! Ему бы тихо-мирно сидеть да вправлять кости, зашивать раны, лечить всякую там гадость, какая бывает у больных в этом мире.
С его-то знаниями настоящего дипломированного врача — он бы тут развернулся! Он бы тут всех за пояс заткнул!
Кстати, а что они там говорили о лекаре-маге? Олег тогда пропустил это мимо ушей, а теперь — вспомнил. Что могут эти самые лекари-маги? Нужно будет покопаться в деле поподробней. И еще — ведь кто-то дает лицензию на врачебную деятельность! Сколько она стоит и как ее получить?!
Сделав себе зарубки на памяти, Олег отправился в зал таверны и подоспел как раз к тому моменту, когда на стол поставили все, что заказала парочка проводников. И густую, пахнущую специями похлебку, и пироги, мясные и сладкие, и запотевший кувшин (судя по запаху — слабое пиво), и чайник, из носика которого расходился аромат то ли компота, то ли чего-то, похожего на чай. Тут же чашки с медом и вареньем, горячий хлеб и две розовые, довольные физиономии, облизывающие губы в предвкушении славного пира.
Нужно отдать должное этой парочке — без присутствия «хозяина» они есть не начинали. И только когда Олег уселся за стол и зачерпнул ложку варева из глубокой миски, набросились на еду, поглощая ее с жадностью давно не кормленных охотничьих собак.
Впрочем, они ели очень аккуратно, хотя и быстро. Дули на огненно-горячее содержимое ложки, не брызгая по сторонам, не чавкали, не вытирали нос кулаком и не разговаривали во время еды, чтобы не заплевывать собеседника. Все, как и полагается детям из хорошей семьи.
Когда с похлебкой и пирогами было покончено и троица перешла к напиткам, Олег вдруг спросил, отхлебывая ледяного пива и пристально следя за лицом осоловелой от съеденного Севии:
— Так из какой семьи аристократов вы оба? Кто ваши родители?
Мальчишка застыл, вытаращив глаза, а девушка сразу выпрямилась, будто проглотила кол, и побелела:
— О чем ты говоришь?! Я не понимаю тебя!
— Хватит дурака из меня делать! — Олег представил, как выглядит Семиг, и вперился тяжелым взглядом чужих глаз в невинные глазки девицы. Это должно было произвести впечатление.
— Еще раз — кто вы и откуда взялись?! Отвечайте честно, иначе наша сделка расторгается!
Жестоко, да. Ребята только что нацелились пожить за чужой счет, денег заработать, и тут такое! Но как им можно доверять, если они врут? Что они ему сказали? Что из села, что крестьяне, что родители погибли на войне, и они пошли искать счастья! Так кому втираете?! Это снаряжение стоит столько, что крестьянским детям и не снилось! Откуда у них эти деньги?
