-План такой, — начал пояснять задачу Ольбрихт. — Вдоль леса, почти до самого шоссе, тянется неглубокая лощина. Земля там подсохла и она проходима. По ней я попробую незаметно подойти к русским ближе. Когда меня заметят, я немного поиграю с ними и отступлю. Вы будете находиться в засаде. Как только русские покажут свои борта, вы производите массированную фланговую атаку. Не добивая противника, а только его, обездвижив, то есть, не ввязываясь в длительные баталии, вы на полной скорости уходите к шоссе и прорываетесь. Я иду за вами. Встречаемся за Журавичами возле леса. Вот здесь,— Франц достал карту и указал место отмеченное пунктом "Хотовня". — Вы поняли мой план? Впереди населенные пункты обходите стороной. Задавайте вопросы.
-План операции мне понятен,— глаза молодого офицера возбужденно горели в предвкушении красивого боя. — Но, вдруг кого-то подобьют, что делать? — усомнился он.
-Боеспособные танки идут на прорыв. Живым панцершютце отбиваясь, собраться в группу и ждать меня. Я их подберу.
— А в случае если, если...
-Меня подобьют. Вы это хотели спросить?
-Да, — несколько сконфузился офицер.
-Это плохой вариант,— недовольно проронил Франц. — Я его не исключаю. Но об этом мы поговорим перед самой атакой. Лучше доложите о состоянии бронемашин, об укомплектованности их боеприпасами.
-Слушаюсь, господин гауптманн, — Эберт вновь стал сосредоточенным. — Патронов много. Бронебойных снарядов по половине комплекта. Фугасных снарядов в среднем, по пять-семь на танк. Баки заправлены на треть. Километров на семьдесят хватит. Танк обер-фельдвебеля Брумеля хромает.
-Что значит хромает?
-Передачи переключаются с трудом.
-Это общая болезнь русских довоенных танков. Потерпите Эберт, немного осталось, мучатся. Бой, два и мы должны быть у цели. — Франц от своих слов посуровел. Лицо его стало жестким и серым... — Все, идите Карл. Готовьтесь. Ставьте людям боевую задачу. Выступаем через два часа. И пусть господь присматривает за нами и в этот раз.
За полчаса до начала атаки командир разведбатальона вновь подозвал к себе Эберта. К этому времени он был уже чисто выбрит и вымыт. Хорошо уложенные светло-русые волосы разделялись красивым левым пробором. Перекинутая через плечо портупея и подтянутый офицерский кожаный ремень со звездой подчеркивали стройную мужественную фигуру Франца. На груди сияли орден Красной Звезды и медаль "За отвагу". Эберт да же залюбовался статью своего командира.
-Не удивляйтесь Карл. Мы идем в бой, возможно последний. Солдаты должны видеть в нас силу и целеустремленность. Внешний вид как раз подчеркивает эти качества.
-Я восхищен вами господин гауптманн. Как будто бы четырех дней боев в тылу врага не было. Вы свежи и готовитесь на русский парад.
Франц не отозвался на лестные восклицания подчиненного, только предложил ему присесть на поваленное невдалеке дерево. Несмотря на внешний лоск, его глаза выражали тревогу и потаенную грусть. Природа, как бы подчеркивая его настроение, затянула все небо рваными темными тучи. Солнечные лучи, упорно сопротивляясь, пробежались по застывшим лицам офицеров и солдат, стоявших невдалеке возле своих танков, и затерялись в густом ельнике. Тревожное настроение Ольбрихта передалось и командиру взвода.
-Что-то случилось господин гауптманн? — присев на сваленную березу, с испугом спросил тот.
-Нет, не случилось Карл. План боя не отменяется. Просто...— голос Франц задрожал от волнения. — Просто мне нужно вам поведать одну личную тайну. Другой возможности у меня не представится. Бой будет серьезный.
Франц нервничал и не знал с чего начать. Это видел командир взвода, и он пришел ему на помощь.
-Говорите господин гауптманн. Я пойму. Вы ведь не намного меня старше.
-Вы правы Карл. Я родился в год ноябрьской революции в Германии в 1918 году в Берлине. А вы?
-Я на пять лет моложе вас.
-Значит вам 21 год. Кстати, Карал, — улыбнулся вдруг Ольбрихт,— президент Веймарской республики господин Эберт не ваш бывший родственник?
— Пекари мы из Ильцена, Нижняя Саксония, господин гауптманн,— недовольно отреагировал молодой офицер на неожиданный вопрос командира батальона. — Пекари мы.... Перед поступлением в училище служба безопасности проверяла меня на чистоту фамилии. Все чисто. Этот Эберт однофамилец господин гауптманн. А вы историю революционного движения Германии хорошо изучили. Зачем это вам?
Франц нахмурился. — Отец мне однажды рассказал об этой революции. Она была продолжением большевистской российской, только у нас в Германии. Но она быстро пала. Хорошо. Оставим этот вопрос лёйтнант. Я спросил, вас об этом между прочем. В шутку. Настроение у меня скверное.
-Что вас беспокоит господин гауптманн? Экипажи рвутся в бой. Люди довольны вашим планом.
