Крис понял ее замысел. Его сердцебиение участилось, чувства обострились. Инженер низко пригнулся и направил дуло пистолета в левый угол двери. Если что и произойдет, он не хотел задеть Эллен кислотой.
Рипли согнула ремень и набросила получившуюся петлю на широкую ручку двери. Она обернулась и увидела, что все понимающе кивнули ей. Потом Эллен подняла руку и начала загибать пальцы: три, два, один…
И Рипли резко потянула за ремень.
Дверь со скрипом отворилась, ремень соскользнул с ручки, но из темноты на них никто не выпрыгнул.
Хуп не успел опомниться, как Эллен стянула болтомет с плеча и рванула внутрь.
– Бакстер! – крикнул Хупер, спеша за Рипли.
– Внутри нет камер! – ответил тот.
Внутри оказалось не так темно, как думал Хупер. С мрачного потолка лился тусклый свет – искусственный свет, заимствованный из среды под куполом, считай, из другого мира, да и лифт вяло подсвечивался изнутри. В общем, с обзором проблем не было.
Проблема выявилась другая – и свет в этом лишь помог.
В лифте лежали останки. Мужчина? Женщина? За семьдесят дней, прошедших со дня гибели шахтера, бактерии, занесенные сюда людьми, активно поработали: труп разложился. Климат-контроль внес свою лепту: поддерживаемые температура воздуха и влажность – идеальные условия для размножения микроорганизмов.
Смрад поубавился, но Хупер пожалел о том, что они сняли скафандры и шлемы. Был виден рот несчастной жертвы, он остался раскрытым – не то в смехе, не то в вопле.
– И ни признака того, кто его убил, – произнесла доктор.
– Сердечный приступ, не иначе, – попробовал пошутить Ляшанс.
Крис подошел к панели управления и ввел коды доступа. Предупреждающие знаки на экране не появились. Было слышно, как в одном из строений на поверхности работал небольшой ядерный генератор, и, кажется, работал нормально.
– В порядке? – спросила Эллен.
– Ты же не думаешь всерьез, что мы спустимся вниз в этой штуке? – удивилась Снеддон.
– Хочешь пройтись по лестнице? – поинтересовался Хуп.
Из шахты вели два аварийных выхода – неровные ступеньки начинались у лифта.
– Может, вытащим тело? – спросила Рипли.
Она вместе с Касьяновой подошла к лифту, и началась эвакуация останков. Крис пришел на помощь. Работы хватило всем.
Освободив лифт, они зашли в него, стараясь избегать угла, который очистили. Самым неприятным Хуперу казалось то, что нельзя установить личность жертвы. Ведь они были знакомы – в прошлой жизни.
Крису опять стало не по себе от осознания произошедшего. Ему нравилось думать, что он приобрел иммунитет от излишних переживаний, и эмоциональные потрясения – это теперь не про него. Казалось, он отстрадал свое, когда терзался, что оставил детей, сбежал от семейных проблем подальше в космос… Однако со дня столкновения с «Далилой» он часто просыпался в холодном поту, чувствуя, что задыхается от сновидений. Криса преследовал сюжет, будто его заживо пожирают тени. Монстры в нынешних сновидениях стали намного живее и страшнее, чем Крис видел в детстве. Детские фантазии дарили завораживающие декорации. А сейчас он думал, что кричит во сне, но вроде бы никто этого не слышал. Может, потому, что каждый жил с подобными кошмарами.
– Хуп? – шепнула Эллен.
Она стояла рядом, также вглядываясь в панель управления лифта. Видимо, пауза затянулась.
– Все в порядке.
– Уверен?
– Что это за твари, Рипли?
Она пожала плечами:
– Я знаю не больше тебя.
Крис обернулся к остальным. Но не встретил ни обвиняющих взглядов, ни ухмылок, товарищи не увидели в его поведении слабость. Все чувствовали себя не лучше.
– Спускаемся на четвертый уровень, – напомнил он. – Забираем емкость с топливом и, что называется, рвем отсюда когти.
Несколько кивков. Хмурые лица. Хуп осмотрел их подобие вооружения, понимая, что даже эти средства находятся в руках сугубо гражданских людей. Как бы друг друга не перестреляли.
– Не нервничаем, – добавил Крис не только для остальных, но и для себя. Он опять занялся панелью управления и провел быструю диагностику лифта. Кажется, неплохо. – Спускаемся.
Хупер нажал четвертую кнопку. Лифт слегка завибрировал и начал опускаться.
Командир старался подготовиться к тому, что будет ждать их, когда дверь лифта откроется. Но вдруг живот скрутило и закружилась голова. А потом он услышал чей-то крик:
– Мы падаем. Падаем!
Лифт завизжал.
