Игнатов отрегулировал доспехи моих гвардейцев и помог освоить основные функции моего нового костюма. После чего мы с ребятами покинули форт через южные ворота, чтобы обходными путями прибыть к точке встречи.
На месте творилось настоящее столпотворение. Из грузовиков выгружались мехи. Штурмовики надевали доспехи, проверяли снаряжение. Примкнувших к нам огранённых инструктировали и распределяли по группам. В целом, руководство операцией выглядело весьма компетентным. Я в организации таких масштабных мероприятий ничего не понимал и не лез никому под руку. Отправив Ломова и Оленина к коллегам, я завалился на колючую траву и уставился в серое, скрытое за облаками небо.
Вскоре облака взвихрились, расползлись испуганными клочьями. С неба практически бесшумно, спланировал аэростат. Воздушная машина была неброского серо-стального цвета. Под оболочкой пристроилась двухпалубная платформа. Нижняя была оснащена с двух сторон открытыми галереями. Верхняя ощетинилась стволами пушек, торчащих из вращающихся башенок. Вместо названия судна на днище были нанесённый белой краской номер 012 и эмблема — голубое облако, ощерившееся бледно-жёлтыми зубами молний.
Вниз полетели тросы. Их оперативно закрепляли на грузовых мобилях и развозили по поляне к швартовочным кольцам, вбитым в землю.
Аэростат, завывая лебёдками, снизился, практически касаясь днищем второй палубы земли. Бойцы поспешили по скинутым пандусам на галереи. Мехи заревели моторами и тоже потянулись к аэростату, похожие на стадо очень громких доисторических чудовищ. Немалая сила здесь собралась. Может быть, даже избыточная.
Я печально вздохнул, поднялся и поплёлся к летающему убийце. Пока я валялся и пялился в небо, настроение куда-то лететь и что-то делать внезапно испарилось. Я, конечно, не собирался подойти к Юрковскому и сказать: «Подбросьте меня в форт по дороге, я передумал». Но настроение было именно такое. Надеюсь, полёт меня взбодрит. Старость не радость. Хе-хе. Хорошо хоть суставы к дождю не ломит.
На галереях обнаружились специальные ниши для силовых доспехов и мехов. Техники суетились, пристёгивая многотонные машины и штурмовиков к стене. Я так понял, перед десантированием всё это отстёгивается автоматически. Таким образом, у аэростата появлялось ещё какое-то количество огневых точек. С ограниченным сектором обстрела, но всё же. Было видно, что корабль именно десантный и не предназначен для долгих перелётов. Эдакий штурмовик. Между галереями имелось что-то вроде казармы с койками, где пилоты могли даже поспать, но ни о каком комфорте на борту речи даже не шло. Эта машина разрабатывалась для стремительных налётов с воздуха на скопления врага или укреплённые районы. Естественно, я сразу захотел себе такую же крутую леталку и поставил отметку. Только не ежедневник, а в ежегодник. Типа «вот, через лет десять…» Эх.
Меня отправили внутрь, в казарму, сказав, чтобы до конца штурма я не высовывался и не мешался под ногами. Ну да, конечно. Я же с ними просто покататься полетел, ага. Дождавшись, когда на палубах стихнет лязг ног стальных гигантов и почувствовав, что мы взлетаем, я спокойно вышел наружу.
Серая зона разительно отличалась от внутренних областей Ожерелья, которые я наблюдал с палубы «Гордости» какой-то месяц назад. Местность под нами выглядела больной. Желтовато-серый цвет с редкими болезненно-зелёными вкраплениями был похож на цвет кожи желтушного пациента, испещрённой гнойными язвами. На горизонте клубилась стена Хмари, отсюда выглядевшая простой серой полоской. На секунду я услышал хриплый шёпот трёхголового монстра, но наваждение схлынуло так же быстро, как пришло. Даже болото, которое сперва показалось прямо по курсу следования, а затем расползлось по сторонам от нашего кораблика, выглядело как-то менее чужеродно. Ура! Родная вонючая жижа! Я скучал! (Справка — НЕТ!)
Когда мы приблизились к острову, я заметил, что призраки, патрулировавшие поверхность, попрятались. Скорее всего, нас приняли за «Крылья Судьбы». Вряд ли нежить настолько технически продвинута, чтобы отличать один аэростат от другого. Ну ничего. Сейчас мы преподадим им урок технической грамотности.
Аэростат в виду острова сперва набрал высоту, а затем буквально рухнул вниз, аж воздух вокруг галерей засвистел. Я, на всякий случай, встал в дверном проёме и покрепче схватился за косяки. Аэростат вздрогнул всем корпусом, я уж было подумал, что в нас чем-то залепили с земли. Но в следующее мгновение грохот повторился уже снизу, и в воздух вознеслось здоровенное грибовидное облако дыма и пыли. Эфир заполнился короткими, отрывистыми командами. Повсюду раздавались щелчки и металлический грохот, это мехи и штурмовики отстёгивались от стен и, разбежавшись по галерее до края, прыгали вниз. Пушки пузыря открыли огонь по невидимым мне пока что целям на земле.
ГРОМОВЕРЖЕЦ
Я выждал, когда все мои соседи десантируются, и тоже подошёл к краю. Внизу было весело.
