— Что вы замерли? Давайте начинать. Я иду с эром Строговым и дедушкой, который держит кинжал около моей матки. Карл Августович. Меня не следует опасаться. Я своя. Ваша. Союзник. После сегодняшнего разговора с драгоценным господином Олегом я решила, что маникюрный салон не выход для леди моего положения. Слишком мелко. А вот вооружённый налёт на дом благородного семейства, вполне по статусу леди в изгнании.
— Матвей. — Спросил я. — Троих переместишь?
— Не вопрос. Просто… это твой план?
— Она действительно пойдёт с ними? — в голосе Августовича прорезалось что-то отдалённо напоминающее чувство. — Вы, Олег, уверены? Я против!
— Ну не устраивать же скандал, на старте операции. Девочка взрослая. Если она нас подведёт, разрешаю вам отрубить ей голову. Над камином повесим.
— У нас нет камина.
— В маноре построим. Всё. Начали. Матвей. Перемести нас под стены.
Вспышка бирюзы. Вжжух. И мы, последовательно появляемся под стенами особняка Могильных. Немедленно накидываю невидимость на всех троих. Друг друга мы видим, правда, как будто сквозь серую пелену. Мы гуськом продвигаемся вдоль стены. Периодически замираем, пропуская патруль гвардии. Сегодня патрулирование, кстати, проводится по усиленной схеме. Неудивительно. У шайки заговорщиков — сходка. Все фигуранты уже на месте. Вряд ли кто-то ещё заявится.
Достигнув нужной двери, я уступаю место Карлу Августовичу. Тот прикасается к личинке замка. Лёгкий скрежет и дверь бесшумно отворяется. Дар управления металлом — крут. Мне бы пришлось возиться с отмычками.
Мария подаёт нам знак: «Замри». И тщательно прислушивается и принюхивается. Потом приближает губы к моему уху, и обдав меня жарким дыханием, шепчет:
— Внизу один. Сердце почти не бьётся. Из подвала пахнет прелым сеном. Наверху четверо. Огранённые. Аметисты и сапфир. Другие грани не чую.
Я киваю и «шёпотом» отдаю распоряжение:
— Ждите здесь. Контролируйте подвал и вход. Охрану или слуг нейтрализуйте, если вас обнаружат. Тихо нейтрализуйте. Если что, отступайте к нам с Августовичем. — Она кивает.
Показываю телохранителю жестом, что мы идём наверх. Надо понять, кто именно сегодня пришёл на совещание. И послушать, о чём они говорят. Ика направляю в подвал, на разведку. Внутри особняка он, наконец, может покинуть мою ауру.
Поднявшись на второй этаж, идём по коридору, откуда слышатся приглушённые голоса. Прямо передо мной пульсирует сканирующая аура мощного сапфира. До кабинета ещё метров десять. Я показываю Августовичу: «Осторожно»! И накидываю на нас обоих «неопределимость». Впрочем, его я оставляю на границе ауры сапфира.
Крадусь к плотно закрытой двери. Голоса всё чётче. Именно в тот момент, когда я пытаюсь накинуть «образ» на дверь в кабинет, чтобы просочиться внутрь, наш надёжный как сейф план идёт кувырком.
Ик присылает мне истерический образ, от которого я замираю, а грань «Образа» чуть не срывается.
Аура сапфира идёт рябью. После чего из-за двери в меня прилетает мощный «Ментальный удар».
Кажется, наша разведка, только что превратилась в разведку боем.
Отхватив ментальный удар, я «поплыл». Судя по всему, удар был не направленный. Сапфир долбанул по площади. Направленный удар просто спалил бы мне мозги. Или отправил в отключку, как минимум. Видимо, менталист засёк «передачу» Ика, но определить моё точное местонахождение не смог.
Что там за дверью? Один менталист, трое аметистов, судя по всему, и ещё кто-то не понятный. Я сорвал с пояса маску Арлекина и впечатал её себе в лицо. Как знал, что пригодится!
Вовремя. Второй удар — снова широким сектором маска впитала, как сухая губка воду. Я почувствовал, как лицо начинает кривиться в безумной усмешке. Ну слава Силе, что сегодняшнее воплощение — не Плакса, а Весельчак. Весельчак жуткий, но Плакса ужасно нудный. Бесит меня. Хоть и у него есть свои фишки.
Став на время нереальным, я шагаю сквозь дверь внутрь кабинета. Привет, ребятишки. А вот и я!
Безумный смех раздаётся в комнате, когда я воплощаюсь в реальности.
В меня немедленно прилетают мощнейшее «Забвение» от стоящего напротив двери Михаила Христенко — секретаря длани, и ещё три каких-то проклятия от присутствующих некромантов.
Я даже не разобрал какие. Быстро ребята среагировали.
Маска поглотила всю направленную на меня магию. Ухмылка на ожившем костяном лице стала шире. Безумный хохот перекатывается, гуляет по помещению.
Им бы не магией пулять. А пырнуть меня магическим клинком, или хотя бы из пистолета выстрелить. Но сейчас уже поздно. Маска стремительно набирает силу, они сами ей любезно делятся. Плюс эта тварь пьёт мою ауру. Но я ей воли не даю. Пока что.
Пятый участник встречи спокойно сидит в кресле, неразличимый в тени силуэт. Сидит, положив ногу на ногу. Он не делает ничего, и маска определяет его, как второстепенную цель.
Бросок Грейс. Попадание в солнечное сплетение выводит из боя одного из некромантов — какую-то бабу. Делая шаг вперёд, я просто сношу голову Михаилу Буревестником. Меня окатывает фонтаном крови, а смех, который исторгает моё горло, достигает крещендо.
