Кирилл шел постоянно оглядываясь. Ночная тишина и темнота, прорезаемая светом редких здесь электрических фонарей, жутко давила на нервы. Избавиться от охраны было совсем непросто и хорошо еще, что в особняке не осталось ни Марии с ее чувствительным слухом, ни Августовича с его сверхъестественным чутьем на каверзы воспитанника.
Нырнув в густую тень очередного то ли склада, то ли небольшого завода, Кирилл ускорился, пытаясь проскочить темный участок, как почувствовал впереди себя три возбужденных злобных разума. Это знание пришло к нему так легко, что он даже удивился. Сейчас, в ночной тиши, сканирование далось намного проще, чем в дневном городе. Плохо то, что он не знает расстояния, на котором теряет чувствительность. И что он не чувствует разумов прикрытия, которое обещал устроить Святов. Дядя Гриша, конечно, мужик надежный. Но уверенности отсутствие ментальных сигналов союзника не прибавляло.
Сделав еще несколько осторожных шагов вперед, Кирилл, наконец, увидел три неясные тени, возящиеся возле металлических, вроде бы, ворот. Тени шуршали, издавали приглушенные матерные звуки и звенели железками.
Фух, обычные жулики. Склад грабят. Надо, конечно, вызвать наряд полиции, но сперва нужно отступить. Ширина улицы здесь не позволяла просто прошмыгнуть мимо грабителей, да и способностями Олега к маскировке Кирилл не обладал.
Кир сделал два тихих, как ему казалось, шага назад. И наткнулся на стопку прислоненных к забору ломаных шиферных плит, которые тут же обрушились не землю, издавая ужасный шум.
— Сука, твою мать! — совсем не аристократически заорал подросток, прыгая на одной ноге.
Его тут же осветил луч света, от фонаря, который держал один из жуликов. Кирилл сразу перестал прыгать, опустил травмированную конечность на землю и выпрямился с независимым видом.
В ментальном плане картина изменилась Тот, кто держал фонарь, наливался злобой и странной мрачной решимостью. Второй, наоборот, чувствовал облегчение. А третий находился в состоянии, близком к панике.
— Так-так-так. — Сказал мужик с фонарем. — Тута у нас нежданные гости. А нежданный гость хуже Твари.
— Брось Фомка. Совсем пацан же. Пусть идет, куда шел.
— Он нас видел, Бык. Так что…
— Ничего я не видел. — Независимо заявил Кирилл, став боком, как учил Карл Августович, и положив правую руку на рукоять длинного ножа, который прикрепил к спине лезвием вверх, перед тем как выйти на опасную прогулку. — А еще я ограненный. Не советую связываться.
