– А если немцы? – озадаченно спросил водитель.
– Я тебе автоматчика дам для охраны. Если мы не появимся, заночуешь! Все понятно?
– Не впервой, товарищ капитан, – охотно отозвался водитель. – У меня на такой случай даже одеяльце припасено, – показал он на пеструю ткань, укрывавшую сиденье.
– Тогда поехали!
Тимофей Романцев вместе с оперативниками подошел в тот самый момент, когда отъезжал первый грузовик. Встав на колесо, он заглянул за борт второй машины и доброжелательно спросил:
– Место еще для троих есть? Потеснимся?
– Найдется, товарищ капитан, – отвечал старшина Нестеров.
– Ну что, разведка? – повернулся он к своим бойцам: – Залезай в кузов!
Проследил, как разведчики разместились вдоль борта; радист аккуратно снял ранец с плеч и аккуратно поставил рядом. И только после этого занял место в кабине. Машина тронулась, груз тряхнуло на высокой кочке. Неожиданно к ним навстречу, грозно рыча, выехали три «Студебекера». Автомобиль остановился. Широко распахнулась дверь, и, придерживая пилотку, прямо к двигающейся машине устремился долговязый тощий лейтенант.
– Останови!
– Что случилось? – приоткрыв окошко, спросил Романцев у лейтенанта.
– Лейтенант Уваров, – вскинул он ладонь к полевой пилотке, представляясь. – Приказ из штаба: меня к вам с бойцами для поддержки отправили.
– Задачу знаешь? – спросил Романцев.
– Сказали, что вы на месте объясните.
– Езжай за нами, времени нет для разговоров. Объясню на месте, – ответил Тимофей.
– Понял!
Полуторка, коротко просигналив отъезжающей машине, тронулась, а лейтенант, прижимая слетающую пилотку ладонью, побежал в сторону ожидавшей его машины.
Ехали минут сорок. Пересекли две мрачные деревни, в них остались только бабы да старики; повсюду, куда ни глянь, – бесхозные строения с темными провалами окон. Затем проехали мимо пшеничного поля – налитые зернами колосья проводили колонну глубоким поклоном – и устремились в сумрачный чернеющий лес.
Выгрузились на границе поля и леса. Место для работы радистов удобное. Осторожно выгрузили тяжелый пеленгатор. Установили его на ящик для батарей; в отдельном отсеке – наушники с кабелями. Выставили две антенны: рамочную и принимающую. Радист удобно устроился на ящике, надел наушники, повернул ручку, заработала антенна с круговой поляризацией. Боец старательно вслушивался в эфир.
Мобильные группы находились здесь же, ожидая указания. В эфире было только легкое потрескивание, слышались шумы. В какой-то момент старшина услышал характерные щелчки передающей радиостанции. Они были слабыми, шли откуда-то с запада, где располагалась одна из крупных радиостанций.
– Диапазон нашел. Немецкий разведцентр пытается связаться с диверсантами, – сообщил старшина Нестеров. – Должны ответить.
Командир группы стационарного пункта радиопеленгации Нестеров до войны был обыкновенным радиолюбителем и охотно контактировал со своими коллегами из Италии, Испании и Германии. Сразу после начала войны его привлекли к работе связиста. Такое решение военкомата было вполне оправданно – как радист он уже был подготовлен, оставалось только ознакомиться с новым оборудованием.
Еще через восемь месяцев глубокой ночью Нестеров вместе с рацией десантировался в район действия партизанского отряда, оставшегося без связи, где и провоевал до самого освобождения восточной части Белоруссии. В действующую армию Нестеров был зачислен совсем недавно, так что с работой пеленгаторной станции был знаком как никто другой. Для того чтобы передать сообщение, ему, как радисту партизанского отряда, приходилось выезжать на тридцать, а то и сорок километров от расположения штаба, чтобы не дать возможности немцам засечь место расположения партизанского отряда.
По рассказам старшины, немцам требовалось максимум два часа, чтобы выдвинуться на место обнаружения радиоприемника и приступить к прочесыванию местности. Нечто подобное предстояло проделать сейчас капитану Иванцову. В этот раз ставки были несравненно выше – на кону стояла судьба предстоящей наступательной операции по всему фронту и жизни сотен тысяч людей.
Задача была поставлена конкретная: диверсанты должны быть запеленгованы в ближайшие двадцать четыре часа. В противном случае… Начальник штаба тогда просто не договорил, надеясь, что капитан сам сделает нужные умозаключения. В военное время и за меньшие провинности снимают погоны.
Еще через несколько минут в ответ раздались отчетливые щелчки. Старшина посмотрел на рисунок кардиоида – результат напряжения двух антенн. Некоторое время он пытался уловить их минимум – направление на пеленгуемый источник радиосигнала. Посмотрел на антенны: направлены строго симметрично, соврать не должны. И, определив минимум, уверенно указал направление:
– Нашел! Диверсанты вышли в эфир! Азимут сто семьдесят три.
– Вот что, старшина, остаешься за старшего. Я пойду с одной из мобильных групп.
– Товарищ капитан…
– Выполнять!
– Есть!
– Выдвигаемся! Включаем мобильные радиопеленгаторы!
Мобильные радиопеленгаторные группы медленно ушли в глубину леса, прямо на источник радиопередачи по установленному азимуту.
