Дойдя до палаток с ранеными, я старался не мешаться ведьмам и деревенским женщинам, что сейчас помогали раненым. Не все травмы можно было мгновенно исцелить магией, да и не хватало на всех целителей, вот и приходилось часть раненых лечить по старинке. Можно, конечно, достать из запасников зелья и использовать их, но их у нас ограниченное количество и новые, с учётом разъездов врага по всей территории степи, получить не получится, так что лучше приберечь их на крайний случай.
Большинство раненых уже были вполне готовы к бою, но посовещавшись с Мирославой, мы решили не спешить, и дать воинам нормально восстановиться. Пара дней в любом случае ничего не решат, тем более, действуй мы в обычной манере талдорцев, то территорию крепости мы бы покинули только со снятием осады.
С воскрешёнными была немного другая история. Физически с ними всё было в полном порядке: места смертельных ударов зажили, а раздробленные кости срослись, вот только, вернувшись в мир живых, они стали очень странно посматривать на меня и Мирославу, постоянно о чём-то перешёптываясь между собой. Слава богам, негатива я от них не чувствовал, даже наоборот, в их взглядах и жестах была заметна скорее искренняя благодарность, но откровенно поговорить со мной или главной ведьмой, а заодно и целительницей, они не решались. Впрочем, не то, чтобы у них было для этого много времени, бой, который они не пережили, закончился часов двадцать назад, большую часть которого мы были заняты.
— Ваше благородие, — когда я уже почти прошёл мимо места, где кучкой сидели воскрешённые, один из них, парень аасимар с коричневыми волосами и слегка звериными чертами лица, подскочил ко мне, — разрешите задать несколько вопросов?
— Хм, — осмотрел я его с ног до головы, — задавай, а я попробую на них ответить.
— Только, — слегка замялся он, — вопросы у нас общие, и… не могли бы вы, ответить нам всем? Чтобы мы точно всё правильно поняли.
— Хорошо, — бросив взгляд на воскрешённых, я примерно пересчитал их всех по головам, — тогда позовите всех остальных, чтобы не пришлось повторять несколько раз.
— Сейчас всё сделаем! — ударив кулаком о грудь, он быстро подбежал к товарищам и что-то тихо им сказал, после чего несколько из них побежали в сторону основного лагеря.
Пока воскрешённые собирали всех, кто хотел получить ответы на вопросы, я подошёл к ним и устроился на складном табурете, который мне любезно предоставили бойцы. Ждать пришлось недолго и буквально через несколько минут к нам начали подтягиваться учувствовавшие в ночном бою, причём не только те, кто его не пережил, но и их друзья и товарищи по оружию. Всего вокруг меня собралось чуть больше сотни бойцов.
— Как я понимаю, тут все, кто хотел получить от меня ответы? — обведя взглядом собравшихся, уточнил я.
— Да, ваше благородие, — ответил тот же парень, что и позвал меня, — остальным тоже… интересно узнать, что мы видели, но они решили узнать обо всём позже.
— Хорошо, а то мне бы пришлось кричать, — улыбнулся я, и активировал купол приватности, — задавайте свои вопросы, но только по одному, перекрикивать я вас не собираюсь.
Сидевшие полукругом вокруг меня бойцы, недолго переглядывались и перешёптывались, но вскоре один из них, а если точнее одна, подняла руку в воздух.
— Господин Эрик, — немного смущённо спросила девушка-аасимар с сияющими чистым золотом глазами, — как я поняла, вы воскресили нас всех за раз?
— Правильно, но воскрешал вас не я, а Мирослава, — решил не присваивать себе чужие заслуги я, — мной было дано только разрешение на проведение ритуала.
— Но я слышала… — слегка замялась она, — что для воскрешения вы принесли в жертву много пленников… с нами ничего из-за этого не будет?
— А бывает что-то после обычного воскрешения? — задал риторический вопрос я, — Ответ — нет, всё будет, как и прежде, разве что вам придётся восстановить прежнюю форму. Проводите больше времени с друзьями и товарищами, они помогут вам справиться со всем.
— Но зачем, было идти на такой риск? — едва слышно спросил парень-полуэльф, судя по одежде из сотни разведки, — У вас с тёт… госпожой Мирославой могут быть из-за этого проблемы.
— У меня был выбор, оставить тела тех, — посмотрел я сидящих ближе ко мне воскрешённых, — кто погиб этой ночью гнить в земле, или вернуть их. Я свой выбор сделал, как и Мирослава.
— И мы вам благодарны! — прокричал здоровяк-аасимар с перьями в волосах, прижимая к себе похожую на него девушку.
Толпа одобрительно загудела, выражая своё полное согласие с этим высказыванием. Дождавшись, пока гул затихнет, я кивнул ещё одному парню, что держал руку поднятой.
— У меня такой вопрос, — собравшись с силами, он тяжело выдохнул и продолжил, — когда я был… мёртв, а если точнее, перед тем как очнуться в той яме, я почувствовал, чьи-то объятья. Было так тепло и уютно, как будто, я… как будто я снова оказался с мамой…
