Несмотря на все навьюченное снаряжение, рядовой Коул несколько раз на пробу подпрыгнул, наслаждаясь грохотом ботинок о палубу.
– Настоящая сила тяжести!
На него наткнулась Розенталь, и Коул повернулся к ней.
– Я уже почти забыл это ощущение.
– Ударишь меня по плечу еще раз – и ощутишь еще больше, – предупредила Розенталь. – Помоги мне с мешком.
Экспедиция готовилась к выходу. Подгоняли рюкзаки, заряжали оружие, считали пайки. Каждый сначала проверял чужое снаряжение, а потом осматривал собственное.
В передней части, где Фарис занималась отключением питания модуля, затрещал коммуникатор. Несмотря на то, что теперь шторм бесновался высоко над ними, он все равно мешал и приему, и передаче.
«По крайней мере, – подумала Фарис, – хоть что-то пробивается».
– У нас сложности с приемом… найти… усилить сигнал?
Фарис узнала голос Апворт. Она могла только надеяться, что системам связи хватит мощности, чтобы пробиться сквозь водоворот электромагнитных помех над головой.
– Поняла. Чертовски сложный был вход в атмосферу. К тому же пришлось садиться на воду, и мы, возможно, на что-то налетели при посадке. Я собираюсь проверить, так что на какое-то время буду вне зоны прямой связи. Включу межкорабельный передатчик, и будем надеяться, что он заработает в обе стороны.
Пока Фарис говорила с «Заветом» в надежде, что ее услышат, к ней и Ораму присоединилась Дэниелс. Капитан вопросительно посмотрел на своего заместителя, и та протянула ему выпавший во время снижения шарик. Орам принял его и кивнул в знак признательности.
– Я бы скорее использовала лекарства в подходящей дозировке.
Орам поднял шарик вверх и только потом убрал его в карман.
– Шарики не являются наркотиком, всегда под рукой и не вызывают привыкания.
Дэниелс нашла бы, что возразить про последнюю часть, но решила промолчать, видя, что Орам смотрит наружу через иллюминатор.
– Насколько далеко нам идти?
Уолтер проверил данные.
– Источник сигнала находится в восьми километрах почти строго на запад, но существенно выше. Крутой склон, – он поднял глаза на Фарис. – Ты хорошо выбрала место. Хотя между нами и сигналом есть подходящие участки, на деле нам бы не удалось подобраться ближе без того, чтобы подвергнуть модуль риску.
– Знаю, – просто ответила та. – Это называется «пилотирование».
В отличие от большей части команды, Фарис зачастую была резка с синтетом. Она не знала, почему так. Уолтер был идеально вежлив, идеально отзывчив, идеально общителен. Идеально… идеален.
«Может быть, как раз поэтому».
По команде с мостика рампа по правому борту откинулась и, взбаламутив воду у берега, улеглась на гальку.
Первым вышел Уолтер. Из всей команды им было проще всего пожертвовать, к тому же он не нуждался в дыхательных приборах. Стоя на твердой земле, он огляделся по сторонам и сделал глубокий вдох. Не потому, что он в этом нуждался: Уолтер просто брал образец атмосферы для анализа внутренними системами.
Результат оказался положительным, как и остальные показатели. Уолтер передал данные на модуль.
– Он абсолютно уверен?
Дэниелс видела через лобовое стекло, как Уолтер проделал серию обычных действий: встал на колени, чтобы изучить зелень за пределами пляжа, набрал в ладони воду из озера, изучил несколько случайно выбранных камешков с края берега.
Орам нахмурился.
– Это Уолтер. Он или уверен, или нет. Среднего для Уолтера не существует. Ты это знаешь.
– Да, верно. Хорошо, – она повернулась к основному отсеку, где команда совершала последние приготовления, и заговорила громче: – Уолтер говорит, воздух настолько хорош, что дыхательные аппараты нам не потребуются. Также ни следа местных болезнетворных микроорганизмов вплоть до молекулярного уровня и дальше. Так что обойдемся без костюмов полной защиты.
Одобрительные возгласы и восторженные крики, встретившие ее заявление, сотрясли модуль не хуже шторма.
Фарис, в надежде, что сообщение дойдет до «Завета», вернулась к комму и доложила:
– Воздух пригоден для дыхания. Даже лучше нашего родного, если верить Уолтеру. Совершенно земной, только без всех загрязняющих примесей. Я бы сказала «свежий», хотя Уолтер не стал бы использовать такое нетехническое слово. Никаких воздушных загрязняющих веществ. Девственно чистый.
«Воздух Эдема? – подумала она. – Нет, это было бы преждевременно».
Прежде чем продолжить доклад, она подождала, пока члены команды потянутся в направлении шлюза и откинутой рампы.
– Команда выдвигается, чтобы исследовать источник передачи. При необходимости я буду ретранслировать их сообщения. Если этот проклятый шторм не уймется, передатчикам защитных костюмов может потребоваться дополнительная мощность.
Апворт ответила немедленно, и Фарис испустила облегченный вздох. Может, в текущем виде связь земля-корабль оставалась неидеальной, но хотя бы работала.
– Попробуй дать на передатчик модуля больше энергии, дорогуша, – по голосу было понятно, что Апворт тоже испытала облегчение от стабилизации контакта. – Сигнал проходит, но все равно порой распадается. Чтобы тебя понять, приходится собирать кусочки, соединять и обрабатывать.
